ГЛАВА 16

ГЛАВА 16

Телега Казимира оказалась достаточно крепкой, вместительной и обшитой добротными деревянными бортами. Также в передней её части разместилась широкая лавка со спинкой, на которой было удобно сидеть и править лошадью. Остановившись возле меня и окинув шесть корзин изучающим взглядом, мужчина почесал голову, откинул борт вниз, сместил несколько тяжёлых мешков в сторону и кхеканьем поставил ёмкость с рыбой внутрь.

— Это что у тебя там такое тяжёлое?! — удивился он. — Камни? Нет, они так вкусно не пахнут.

— Рыба там, — ответил я. — Копчёная. Обычную бы не довёз.

— Да и стоит она куда дешевле, — согласился со мной мужик, по очереди подняв на телегу все корзины, и прокомментировал: — Хорошо, что сегодня без Марфы едем. Иначе бы всё не поместилось. Если хочешь ещё чего положить, то самое время. Ещё немного места осталось.

— Тогда возьму пару мелких плетёнок, чтобы товар выставлять, — попросил я и метнулся в дом, а когда закинул их внутрь, Казимир уже развернул лошадь, сел на лавку и указал на свободное место рядом. — Со мной поедешь. Поговорим в пути.

Проехав через всю деревню, мы перед дорогой на пастбище свернули влево и по вполне неплохому ухоженном тракту направились в сторону Калинкович.

— Ну как ты? Боишься первой поездки в город? — спросил меня Казимир, искоса наблюдая за тем, как я с интересом осматриваюсь по сторонам.

— Не сильно. Только волнуюсь, чтобы меня никто не обманул. Хочется всё продать по нормальным ценам, чтобы как у других. Ну а после закупиться нужными вещами и без лишних проблем вернуться.

— Это правильно, — без тени улыбки ответил спутник. — И очень хорошо то, что ты выделил главное. Нужно вернуться без проблем. Поэтому, чтобы их не было, слушай меня внимательно и делай так, как я говорю. Всё понял?

Я кивнул.

«При встрече с патрульными или конным вооружённым отрядом я буду приниматься в сторону, чтобы их пропустить. При их проезде всегда снимай шапку, опускай глаза вниз и кланяйся. Если зададут вопрос, то представься холопом Мишкой из поместья шамана Гаранташа и отвечай, но не дерзко и в глаза не смотри, особенно оркам. Они этого очень не любят, могут разозлиться и сильно поколотить. Понял?

— Да, — ответил я и почесал голову. — Вот только шапки у меня нет.

— Знаю, — кивнул Казимир и, опустив руку в кузов, достал оттуда старую, но чистую шапку. — Надевай пока эту. Потом свою купишь и отдашь. И привыкай, что ты уже не ребёнок, а молодой муж. Один в доме живёшь. Хозяин. Шапка быть должна.

Я поблагодарил мужчину за доброту, и он продолжил обстоятельный инструктаж. Рассказал, что ко всем оркам нужно обращаться с приставкой «тан». Что к нашим аристократам применимы обращения «ваше благородие» или «боярин», «боярыня», к тем же купцам или уважаемым людям — «господин», «госпожа». Ну и в очередной раз напомнил, что во время разговора с другими сословиями холопу необходимо проявлять скромности и снимать головной убор.

Подробный инструктаж продлился достаточно долго, почти до самого города. Казимир в перерывах делился историей о том, как впервые выехал из Рудни; о ситуациях, которые наблюдал на рынке; о проблемах, которые могут там подстерегать. Не забыл он упомянуть и о городских бандах. Они есть, и с ними лучше не встречаться. Может быть чревато.

Последняя новость меня удивила. Я почему-то думал, что орки, которые относятся к людям без жалости и сантиментов, уже давно вырезали известных им преступников, деятельность которых бросала тень на власть зеленомордых. Кажется всякие специалисты и политологи называют это «монополией на насилие».

Однако, когда я перефразировал вопрос и задал его Казимиру, мужчина криво усмехнулся. С его слов выходило, что орков не настолько много, как им бы хотелось. Они при всём желании не могут за всем уследить. И даже помощь боярских семей в этом вопросе не является определяющей. Кроме того, ходят упорные слухи, что за бандитами стоят как раз таки комендант города и начальник стражи, которые носят перед именем приставку «тан».

Пока я размышлял над услышанным и пытался уложить в голове ещё более усложнившуюся картину мира, мы добрались до огромного поля, за которым вырастало множество чадящих дымом домов.

— Вот и Калинковичи, — подтвердил мои подозрения Казимир и поморщился. — Хотя для орков такое название слишком длинное, и они переименовали город в Калинки.

— Тебе это не нравится? — спросил я осторожно. — Думал, что раз ты служишь в имении, то будешь относиться к ним лучше, чем другие.

Лицо мужчины закаменело, и он словно постарел на несколько лет.

— Ты прав. В имении я служу уже очень долго, и поэтому буду относиться к ним гораздо хуже, чем обычные холопы. Я видел много грязи и смертей, которые никогда не забуду. Хотя кому я это говорю. Ты был там и видел, как погибли другие мальчишки. И поверь мне, их было гораздо больше, чем ты можешь представить. Намного!

«Так вот в чём дело! — пронеслось в голове. — Он помогает мне не только как одинокому сироте, а как мальцу попавшему в ритуальный зал на алтарь к шаману. Погибших он защитить никак не мог, не его уровень, так что решил заглушить муки совести и хоть как-то помочь одному из них».

— Спасибо вам, дядька Казимир, — сказал я спустя некоторое время. — Не знаю, что и делал бы, если бы не вы.

— Чего уж там, — отмахнулся мужчина, но я заметил, что мои слова пришлись ему по душе.

Переговорив с соседом, я продолжил осматривать город и его предместья и быстро обнаружил с двух сторон от дороги немаленькие стада коров.

«Чему я удивляюсь? — пронеслось в голове. — Ведь по сути в этом времени города — это просто очень сильно разросшиеся деревни. Тут люди не только в обычных избах живут, но и ведут своё хозяйство. На окраинах так точно. По-другому и не выжить. К слову, если память не изменяет, то помнится, в тех же девяностых, когда я был ещё совсем ребёнком, на окраине городов у некоторых людей, имеющих свои дома, всё ещё оставались коровы. И они выходили на работу на поле пастухами посменно. Сначала одна семья, затем вторая, потом третья. По очереди. Это ещё называлось чарга».

Воспоминания неожиданно затянули. В голове всплыли картинки двухтысячных, когда в сентябре дети могли пропустить уроки из-за того, что нужно было копать на поле картошку, и это считалось уважительной причиной.

«М-да. После развала Советского Союза и краха экономики мы жили очень бедно. Интересно, что-то подобное было и в соседних странах? Ведь как-то тот кризис мы преодолели и стали жить вполне нормально».

От размышлений меня отвлекло чудо-чудесное, а именно — черепичная крыша на домах тех изб, которые стояли ближе к достаточно широкой главной дороге, которая, по словам Казимира, проходила почти через все Калинковичи.

«Тут ещё и нормальные деревянные заборы есть! — отметил я отличие города от села, а также обратил внимание на заросшие высокой травой остатки пепелища на поляне перед первыми домами. — А здесь явно что-то горело».

Пока я изучал окрестности, этим же, из мешочка с песком, закреплённого у меня на руке, аккуратно занимался и Кузя, предвкушение и шок которого я чувствовал по образовавшейся между нами связи. А прятался там он не случайно. Мне не хотелось рисковать и демонстрировать своего духа какому-нибудь случайному шаману.

Помимо архитектуры, я с интересом рассматривал и местных жителей, одетых в разнообразные наряды. Часть из них, скорее всего, холопы из деревень или бедняки, выглядели примерно столь же непрезентабельно, как и я. Другие, более состоятельные, походили на Казимира, одетого в добротные штаны, рубаху с жилеткой и кепку на голове. Только мой спутник выделялся на их фоне также наличием пусть и старых, но тщательно вычищенных сапог, на которые я, отчего-то, сразу внимания не обратил. Видимо, задумался о возможностях телеги и всеми фибрами впитывал инструктаж по общению с другими сословиями.

Немного проехав по городу, мы свернули влево с основной дороги и вскоре увидели симпатичное одноэтажное здание с большой вывеской над входом, на которой русскими буквами было написано название «Усадьба Яна».

«Какого чёрта! — мысленно выругался я. — Почему на кириллице?! Где оркский язык?! Неужели до перехода в наш мир у этих здоровяков не было письменности? Если так, то что за знаки рисовал Гаранташ в ритуальном зале? Или это магический алфавит? Да фиг его знает! Главное не в этом! Оказывается, я могу читать на местном языке! Вот это мне повезло! Ещё один немалый бонус!»

Заехав в трактир с обратной стороны, мы остановились, привязали лошадь, а вскоре из чёрного входа вышло два худощавых и бородатых мужика. Один из них, в более богатой и добротной одежде, произнёс:

— Здрав будь, Казимир!

— И ты здрав будь, Пётр! — ответил мой сосед. — Принимай товар!

— Надеюсь, всё как и договаривались? — уточнил мужик. — В двойном размере?

— Сколько Марфа положила, столько и привёз, — невозмутимо ответил мой спутник, открывая борт. — Она считать умеет. Сам знаешь. Вот твои мешки. Как видишь, два.

— Колька, — позвал второго Пётр, — тяни всё ко мне. Считать будем.

Мужики скрылись внутри с одним тяжёлым мешком, а затем Колька занёс туда же и второй, но перед этим на несколько мгновений задержался у моих корзин и явно к чему-то принюхался.