– Если вы не готовы сейчас, пожалуйста, свяжитесь со мной позже. – Чиан протянула ему свою визитку, не разрывая зрительный контакт.

Мужчина ничего не ответил и даже не взглянул на визитку. Но сестра не собиралась уступать. На некоторое время воцарилась тишина и напряжение. Я даже сделал шаг назад, потому что больше не мог находиться в такой обстановке.

– Могу я получить документы?

– Пожалуйста.

Я был взволнован. Мужчина вдруг даже перешел от неформальной речи к вежливой. Я порылся в портфеле и протянул Чиан бланк согласия. Она достала ручку из внутреннего кармана пальто и сказала:

– Этот документ необходим для психологической экспертизы. И нам нужно ваше согласие на проведение консультации. Пожалуйста, подпишите здесь.

– Зачем мне это?

– Ради погибшей жены и вашего счастливого будущего.

Сейчас мне, как никогда, нужны были советы, которые давал Сану. Видимо, Чиан обладала какой-то суперспособностью, которая помогала ей убеждать людей. Мужчина, не двигаясь, спокойно смотрел на документы. Он не читал содержание, а просто прожигал листы взглядом и вспоминал о своей семье. Было так тихо, что я даже услышал, как он проглотил застрявший в горле ком. У него подрагивали руки. Но в конце концов он поставил свою подпись.

– Не приходите больше.

Чиан все же положила на тумбочку свою визитку.

– До встречи. – С этими словами она развернулась и вышла из дома.

Я безвольно последовал за ней. Пройдя всего несколько шагов, я услышал, как он с силой захлопнул дверь. Был ли это сигнал о завершении очередной стадии его горя или предвестие нашего проигрыша?

* * *

– И все же он подписал. – Чиан остановилась, уставилась в одну точку и задумалась. – Нужно просто надавить на слабые точки.

Она говорила это, словно заранее понимала, что Ким Ханму точно подпишет документы, если завести разговор о его жене. От одной только мысли по всему телу пробежал холодок. Когда моя сестра стала такой? Вздохнув, я посмотрел на отсканированный документ и спросил:

– Почему именно согласие на обработку персональных данных?

Сану рассказал, что эти документы необходимы для получения личной информации, например медицинских записей пациента. Но после документов обычно следуют консультации, а Чиан попросила Ким Ханму просто подписать согласие. Я не понимал до конца ее намерения.

– Ли Хваён наглоталась таблеток и повесилась на ручке двери. Обычно, чтобы повеситься на небольшой высоте, человек выпивает снотворное, привязывается, засыпает, и веревка затягивается под весом его тела. Однако Ли Хваён не давали рецепт на снотворное. Значит, вместо нее эти таблетки получил кто-то другой.

Со сколькими же самоубийствами она столкнулась, раз в деталях знает, как именно их совершают? Когда я увидел, как Чиан строит умозаключения, то еще раз понял, что слухи про частное детективное агентство не напрасны. Мне было интересно, что она недоговаривает.

– Думаешь, рецепт на снотворное был у мужа?

– Про ее заболевание знал только он один. И раз он доставал ей снотворное, то, возможно, и знал о самоубийстве. Но должны же были возникнуть хоть какие-то подозрения. Мне надо удостовериться…

– И?

Чиан не договорила и уставилась в экран моего компьютера. Я уже открыл медицинскую карту Ким Ханму. Она продолжила свою мысль только после того, как тщательно все прочитала:

– За два месяца до самоубийства Ли Хваён стала посещать психотерапевта, а Ким Ханму начал получать снотворное. Он знал. Даже не так, он помогал ей с этим.

– Чего?

– Завтра снова поеду в Инчхон.

– Одна?

– Есть у меня там еще дела.

Я посмотрел на нее. Казалось, на плечах этой хрупкой девушки лежит груз смерти и печали. А Чиан воспринимала это как должное и не обращала внимания. Я машинально погладил ее по плечу, но мне не удалось смахнуть этот тяжкий груз.

И вдруг я вспомнил, что после самого первого звонка Чиан сказала: «Будет непросто». И хоть это оказалось правдой, она не сдавалась.

* * *

Было три часа ночи пятницы. Вернувшись домой, я беззаботно играл в телефоне два часа, зная, что завтра выходной. Игра затянула меня. Нужно было уничтожить всех противников, чтобы занять первое место, я не мог оторваться. В прошлый раз я еле занял третье место, но не собирался отказываться от победы. Телефон завибрировал, и на экране высветилось:

«Сестра – директор Кан Чиан».

«Сестра – директор Кан Чиан».

Чиан. Поздний звонок явно говорил о чем-то срочном, но в игре оставалось еще десять выживших. «Завтра перезвоню», – подумал я. Уведомления о звонке заполонили экран, и я перестал видеть соперников. Я проиграл. «Ну просто класс!» – сказал я про себя. Когда мой персонаж свалился на землю, я взял трубку.

– Ну чего тебе?

Когда Чиан услышала мой раздраженный голос, она спросила, не спал ли я.

– Нет, меня из-за тебя убили. Говори быстрее.

– Сегодня я виделась с господином Ким Ханму.

– И?..

Мне все еще было непонятно, зачем она позвонила так поздно. Я знал, что она собиралась поехать к нему днем после работы, а сейчас было уже три часа ночи. Неужели она только закончила? Пока я ждал ее ответ, Чиан решила задать мне странный вопрос:

– Чихун, как ты думаешь, что самое важное в нашей работе?

– И что же?

– Ты сам как считаешь?

– Ну…

Я не знал, что ответить. Сану как-то затрагивал эту тему, но я не придал ей большого значения. Что можно сделать «ради умершего» и как предотвратить самоубийство, меня, если честно, особо не волновало. Я вдруг вспомнил, как Чиан вела себя с обратившимися. Что я чувствовал, когда наблюдал за их общением.

– Наверное, поддерживать человека, который остался совершенно один.

Чиан на мгновение потеряла дар речи. Она наверняка думала, что я скажу что-то обыденное и неинтересное.

– Да… ты прав. Спасибо.

Она бросила трубку. На экране выскочила надпись: «Продолжить игру». Но после разговора настрой пропал. Даже если ты умрешь – можешь просто начать заново. Это же игра. Я вдруг понял, почему Чиан так не любила игры. Ведь в мире, где мы живем, такое невозможно.

Отчет о психологическом вскрытии Имя: Ли Хваён Возраст: 65 лет Дата смерти: 28 июня 2020 года Хронология событий. 28 июня 2020 года Ли Хваён выпила смертельную дозу снотворного, пока ее муж спал в другой комнате, и покончила жизнь самоубийством, повесившись на дверной ручке. В 6.40 утра муж обнаружил тело жены, а в 6.46 заявил об этом в скорую. Когда врачи прибыли, женщина уже была мертва. Предположительное время смерти – 2.30 ночи. Процесс взросления и склонность к суициду. У погибшей (Ли Хваён, 65 лет) были хорошие отношения со всеми членами семьи, особенно с мужем. Она была третьей из семерых детей в семье. Окончив среднюю школу, она устроилась на завод, где в двадцать лет познакомилась с будущим мужем, а в двадцать один вышла за него замуж. Детские и юношеские годы прошли без происшествий. Ее родители умерли от старости. Ли Хваён была домохозяйкой, муж работал госслужащим. Конфликтов в семье не наблюдалось. После выхода мужа на пенсию они жили в Инчхоне и, по предположениям, не имели возможности оказывать финансовую поддержку сыну (Ким Намчжин, 35 лет). Стресс-фактор. За полгода до самоубийства Ли Хваён диагностировали рак яичников третьей степени, предупредив, что лечение будет непростым. Этой информацией владел только муж, который не сообщил об этом обратившемуся (сыну). За три месяца до самоубийства у погибшей стали проявляться симптомы депрессии, снизились аппетит и физическая активность. Ли Хваён также жаловалась на острую боль в животе. Осознание того, что вероятность излечения довольно низкая, вероятнее всего, привело к развитию депрессии. Предполагается, что погибшая отказалась от медицинского лечения по материальным соображениям. Женщина часто говорила мужу: «Позаботься о сыне», таким образом намекая на самоубийство. Учитывая привязанность Ли Хваён к семье, которая сформировалась еще в детстве, она не смогла рассказать сыну о своем недуге и финансовых трудностях. Заключение. За полгода до самоубийства Ли Хваён диагностировали рак яичников третьей степени, но она отказалась от лечения. Физическая и душевная боль спровоцировали сильный стресс. Предполагается, что чувство вины за причинение неудобств семье также стало причиной непреодолимого стресса, что впоследствии привело к самоубийству. План профилактики. Для предотвращения самоубийств среди пожилого населения необходимо внимательно изучать проблемы, с которыми эти люди сталкиваются, особенно там, где требуется активное медицинское вмешательство. Необходимо также предоставлять как медицинскую, так и психологическую поддержку нуждающимся. <Приложение_консультация 1> <Приложение_консультация 2> <Приложение_медицинская карта> <Приложение_заключение патологоанатома>

Отчет о психологическом вскрытии

Имя: Ли Хваён

Возраст: 65 лет

Дата смерти: 28 июня 2020 года

Хронология событий. 28 июня 2020 года Ли Хваён выпила смертельную дозу снотворного, пока ее муж спал в другой комнате, и покончила жизнь самоубийством, повесившись на дверной ручке. В 6.40 утра муж обнаружил тело жены, а в 6.46 заявил об этом в скорую. Когда врачи прибыли, женщина уже была мертва. Предположительное время смерти – 2.30 ночи.

Процесс взросления и склонность к суициду. У погибшей (Ли Хваён, 65 лет) были хорошие отношения со всеми членами семьи, особенно с мужем. Она была третьей из семерых детей в семье. Окончив среднюю школу, она устроилась на завод, где в двадцать лет познакомилась с будущим мужем, а в двадцать один вышла за него замуж. Детские и юношеские годы прошли без происшествий. Ее родители умерли от старости. Ли Хваён была домохозяйкой, муж работал госслужащим. Конфликтов в семье не наблюдалось. После выхода мужа на пенсию они жили в Инчхоне и, по предположениям, не имели возможности оказывать финансовую поддержку сыну (Ким Намчжин, 35 лет).