– Не надо, ваше высочество. Я сама сниму.

Голос звучал равнодушно, точно ничего странного и не происходило. И только пальцы, судорожно стискивающие ткань юбки, выдавали, в каком состоянии пребывает девушка. Вот это выдержка! Она даже улыбнулась слегка, когда ткань окутали мягкие искры, и рисунок на платке неощутимо изменился.

– И чего вы этим пытались добиться? – просверлил взглядом Витольд, а Ангелика, взяв платок в руки, проговорила:

– Рида, я тоже не понимаю, зачем вы накладывали иллюзию. Да, конечно, не все идеально. Особенно на контрасте с предыдущим вариантом. Однако и не настолько плохо, чтобы прятать и накладывать магию.

Серьезно? Но зачем тогда она это сделала? Мне кажется, я уже совершенно перестала понимать, что происходит. Как будто попала в театр абсурда!

– Все просто, ваше высочество, – мягко улыбнулась Дарианна, и эта улыбка мне почему-то совершенно не понравилась. В какой момент я начала воспринимать участниц отбора действительно как соперниц? Странно.

– Ну так разъясните нам, рида, – ответил на улыбку Витольд, заставив меня невольно скрипнуть зубами. Так, Стеф, держи себя в руках, а то придется по возвращению посещать стоматолога. А оно мне надо?

– Каждая рида, вращаясь в светском обществе, должна уметь пускать пыль в глаза, – ответила девушка. – Будущая королева же должна быть идеальной, она не имеет права на ошибку в глазах окружающих. Своим колдовством я пыталась донести до вас эту мысль.

И то, как идеально она подходит на роль будущей королевы. Девушка не произнесла это вслух, однако это прозвучало между строк. И намек услышал не только сам принц, но и остальные участницы этого безобразия.

– Я вас понял, рида, – кивнул Витольд и соизволил отпустить иллюзионистку. Следующей стала рыжеволосая Ариана Кемфил. Пока комиссия рассматривала ее платок, я старалась унять бешеное сердцебиение. Витольд почувствовал магию! А что, если он и на моей работе ощутит? Что тогда? Как буду выкручиваться? Моя очередь уже подходит! Или лучше сразу отказаться от испытания и не позориться? Вот только даже сама мысль об этом вызывала у меня гримасу. Я не трусиха. И не хочу прятать голову в песок. Значит, нужно с честью встретить решение, каким бы оно ни было. Я же, как выяснилось, дочь королевской фрейлины и просто не могу подвести матушку.

– Рида Стефания Кобрет! – огласила мое имя Изольда. – Прошу вас.

Только сейчас я сообразила, что за своими мыслями пропустила, как отпустили Ариану. Я постаралась незаметно вытереть вспотевшие ладошки о ткань платье, прошла к комиссии и протянула вышивку Изольде – она сидела ближе всех. Девушка деловито оглядела работу, а потом ахнула. Сообразила, что изображено на платке.

– Но это же герб королевского дома!

Ее возглас привлек внимание остальных, и платочек стали передавать друг другу как переходящее знамя. Не знаю, что они хотели этим доказать, однако терпеливо ждала, когда первый ажиотаж схлынет. После чего, невольно подражая Дарианне и ее потрясающей выдержке, спокойно проговорила:

– Именно так, риды. На платке изображен герб королевского рода Уилдер.

– Вы пытаетесь на что-то намекнуть, рида? – прищурилась Матильда. От вопроса стало не по себе: невольно вспомнились все мои фантазию на тему поспешного бегства матери. Да и под ее изучающим взглядом королевы хотелось заерзать, но я продолжала сидеть неподвижно.

– Нет, ваше величество. Я рассуждаю следующим образом. Согласно верованиям, когда девушка выходит замуж, она покидает свой род и входит в семью супруга, – невозмутимо ответила я. – На данный момент каждая из нас здесь находится в качестве одной из четырнадцати невест риарда Витольда, одна, вероятно, станет его супругой. Таким образом, мы уже сделали небольшой шаг в данном направлении. В связи с этим я посчитала неуместным вышивать герб моего рода Кобрет. К тому же, есть еще один маленький нюанс, – и я тонко улыбнулась, впрочем, боясь посмотреть в лица своих собеседников.

Внутри меня все замерло от страха. Лично я бы саму себя с такими речами послала куда подальше. Но не зря же говорят, что наглость – второе счастье. Поэтому пока не теряю надежды: вдруг прокатит?

– И какой же нюанс, рида Стефания? – полюбопытствовал Витольд. Я не удержалась и посмотрела на него. Черт, да я готова поклясться, что увидела в его глазах смешинки! Серьезно? И все-таки, что это – ловушка или попытка помочь? Скоро узнаю.

– Я люблю делать подарки, риард Витольд, – мило улыбнулась я и чуть не поморщилась, вспомнив мой предыдущий «подарочек». – Поэтому позвольте мне в дальнейшем принести эту безделушку вам в подарок. Можно сказать, на память.

Упс! Я прямо почувствовала, как мне в спину вперились десятки глаз. Удивительно, что она еще не задымилась при этом! Тем временем в наш обмен взглядов благополучно влезли мастерицы:

– Ваше высочество, позвольте нам осмотреть работу, – напомнила о своем присутствии и заодно предназначении Ангелика. Витольд передал ей платок, и дамы начали его увлеченно рассматривать. Кажется, я даже дыхание задержала в ожидании вердикта. Обнаружат магию или нет?

– Прекрасная работа, – сообщила наконец Леонсия.

– Вы талантливая мастерица, рида Стефания, – поддержала ее Ангелика. Что-то мне это напоминает! У меня даже в горле пересохло, потому что я ждала следующей реплике от Витольда. Вот сейчас он меня разоблачит, и я вылечу с отбора. Ну почему он молчит? Пусть уже делает, потому что ожидание – хуже всего.

Однако Витольд только кивнул, а рида Матильда повертела платок в руках и тихо проговорила:

– Дитя мое, вам удалось обосновать свой поступок и успешно презентовать ваше рукоделие, – и она лукаво улыбнулась. Нет, кажется, королева все-таки мне подыгрывает!

– Благодарю, ваше величество, – скромно опустила глаза я, а женщина тем временем обратилась к сыну:

– Что скажете, ваше высочество?

Ну же, Витольд! Не молчи! Ты здесь – самый опасный соперник. И самый строгий судья.

– Это уж точно, рида Стефания, – изогнул губы в насмешливой улыбке. – Особенно ценно, как вы своим поступком и подарком показали, что готовы прислушиваться к мужу, несмотря на ваши собственные принципы и характер.

Вот гад! Я бы сейчас с огромным удовольствием показала ему и принципы, и подарочек тоже бы отвесила. И чем тяжелее, тем лучше. Кажется, Миллисент в процессе воспитания крестника недодала ему подзатыльников. Или все мне достались? Боже, о какой чуши я сейчас рассуждаю!

– Что вы имеете в виду, ваше высочество? – поинтересовалась я в ответ. Умница! Даже голос не дрогнул, хотя испытывала желание завопить: «Это все-таки ловушка?!».

– Только то, что рукоделием и своими словами вы подтвердили, что в семье глава – муж. Вот и все. А в остальном… Вышивка отличная, рида. Можете пока быть свободны, – неожиданно закончил он, когда я уже ожидала, что на меня посыплются все возможные неприятности.

Я поблагодарила и удалилась на свое место, все еще недоумевая по поводу произошедшего. Получается, это все-таки была помощь? Но почему?

Сомнения еще терзали меня, а события тем временем продолжали развиваться своим чередом. Следующие четыре риды – Регина Аштор, Лоринелла Лаос, Эмили Фостер и Диана Варлок – возле комиссии не задержались. Кажется, наше жюри уже потихоньку начинало уставать от обилия вышивки. Но вот при собеседовании с Элефанией Самти произошло кое-что интересное.

Это была еще одна работа, которая не вызвала нареканий со стороны мастериц. И только Витольд и Теодор косились на нее с каким-то подозрением. О его причинах я начала догадываться, когда риард произнес:

– Действительно, прекрасная работа, рида Элефания. Подскажите, будьте любезны, сколько времени вы потратили на данный шедевр?

Ангелочек зарделся, кокетливо поправила волосы и произнесла:

– Совсем недолго, ваше высочество. Три или четыре часа!

– Так три или четыре? – уточнил принц и на недоуменный взгляд девушки жестко произнес. – Если вы действительно столько времени потратили на создание этой вещи, то поясните, пожалуйста, почему у этой вещи нет вашей ауры.

– Видимо, я не успела с ней сродниться, – кокетливо рассмеялась девушка. Вот только смех оказался довольно нервным, она была не так спокойна, как пыталась показать.

– Возможно, – подтвердил ее предположение Витольд и, стоило Элефании облегченно выдохнуть, припечатал. – Однако это не объясняет, по какой причине тогда на платке есть след ауры одной из помощниц риды Ангелики!

Вот тут-то дамочка сравнилась по колеру с платочком. Хм, а идея с портнихой, похоже, пришла в голову не только мне! Вот только кое-кто не только об этом подумал, но и привел план в действие!

– Я вовсе не… – попыталась возразить девушка, однако Витольд ее оборвал:

– Достаточно, рида Элефания. Следующая!

Последние четыре невесты сдали свое рукоделие без происшествий. После чего сиятельная комиссия активировала вокруг себя купол безмолвия, совещаясь, кому в этот раз укажут на выход. Нам оставалось только переглядываться, кому-то злобно, кому-то сочувствующе. Но мы даже во вкус войти не успехи, как жюри закончило совещаться.

– Что ж, прекрасные риды, я готова объявить результаты, – неожиданно выступила Изольда, точно рядом с ней сейчас не находились несколько представителей королевского рода, которых этот вопрос непосредственно касается. Или она отрабатывает свой хлеб распорядительницы? – От будущей королевы вовсе не требуется, чтобы она была безупречной. Если она обладает рядом положительных качеств, на некоторые недостатки вполне можно закрыть глаза.