– Дракон?!

Получается, что я тоже скоро смогу становиться ящерицей? Какая прелесть! Не зря меня иногда одноклассники называли змеей. И фамилия настоящая у меня весьма подходящая. Кобрет. Хотя нет, дракон – это же вроде не змея. Но становиться им мне все-таки не улыбалось.

– Да, – Витольд взял меня за руки и попытался согреть их своим дыханием. Не слишком успешно. – Все это время по каким-то причинам вторая сущность спала в тебе и не желала проявляться. А потом… Не знаю, что конкретно повлияло. То ли то, что ты находишься во дворце, где все пропитано магией драконов. То ли наши с тобой поцелуи, и мой дракон начал будить твоего… То ли еще что-то. Но в тот самый момент, когда ты что-то себе придумала и обиделась, – тут он положил палец на мои губы, не давая мне возразить, – ты испытала сильнейшее эмоциональное потрясение и гнев. Они стали толчком, который пробудил твоего дракона и выпустил силу наружу. Это твое внутреннее пламя, поэтому оно не обжигало.

Его слова звучали странно и совершенно не укладывались в моей голове. Я – дракон? Да нет, быть того не может. Только, справедливости ради, я знала еще одну причину, по которой моя вторая сущность никогда не проявлялась ранее. Я жила в мире, где драконов не существует нигде, кроме фильмов и книг. Да что там, у нас магии-то практически нет! Просто чудо, что маме удалось сохранить свои силы и научить меня многому. Вот только, находясь здесь, я ощущала, как моя сила начинает постепенно расти. Чего только стоят заговоры на удачу, которые я сделала играючи для такого большого количества людей, многие из коих были негативно настроены по отношению ко мне.

– Понятно, что ничего не понятно, – поджала губы я и, не удержавшись, спросила. – А ты помнишь мою маму? Она ведь была фрейлиной у твоей.

Губы Витольда изогнулись в мягкой улыбке:

– Помню, хотя и был совсем маленьким. Но она всегда подкармливала меня чем-нибудь вкусным и твердила, что даже у принца должно быть настоящее детство. Ты очень на нее внешне похожа. Вот только куда она тогда пропала, Стефания?

На этот вопрос я отвечать была пока не готова. Как и признаваться, что все эти годы мы жили в другом мире. Такие «интимные» подробности я смогу выдать только после разрешения мамы. А поговорить с ней мне было просто необходимо! Как показал сегодняшний случай, ситуация стала выходить из-под контроля. Правда, оснований для моего возвращения по-прежнему не было. Меня же не выгнали с отбора, а все остальное для дядюшки совсем не важно. Даже если проснувшаяся у племянницы сущность сожжет весь дворец. Да что там, он, наверное, только порадуется такому исходу событий.

Поэтому я только пожала плечами и поинтересовалась:

– И что теперь делать? Как мне справиться, если эмоции вновь меня захлестнут, и огонь вырвется наружу?

– Вспоминай, Стеффи, – Витольд вновь оказался близко, даже слишком. – Вспоминай все самое лучшее. То, что перевесит. И, кто знает, может, в один прекрасный день в число этих воспоминаний войдут и наши поцелуи.

Его глаза лукаво блеснули, и я поняла – принц нарочно меня отвлекает. Чтобы не грузилась. Не переживала так. Зараза!

– Сильно сомневаюсь, ваше высочество Витольд, – ехидно проговорила я и поспешила сменить тему, пока мне не начали прямо здесь и сейчас доказывать мою неправоту. – Это все? Или будут какие-то еще указания? Что мне теперь делать?

Витольд вздохнул и посерьезнел на глазах. Да уж, задачка нам действительно предстояла невеселая. Я лишь на одно надеюсь – что принц не бросит меня в одиночестве разбираться со всем этим ворохом неприятностей.

– Для начала нам нужно установить, действительно ли в тебе есть драконья кровь, – решительно проговорил он. – У отца есть подходящий артефакт, и мы можем провести анализ. Только…

– Что? – почуяла какой-то подвох. Не тот это дракон, чтобы так просто запинаться.

– Думаю, отцу нужно будет рассказать в нескольких словах, что произошло. Без его разрешения воспользоваться артефактом не получится. И он захочет присутствовать.

Знакомство с королем? А я-то думаю, чего еще мне для счастья не хватает! Надеюсь, других счастливых случайностей на меня больше не свалится?

Я вздохнула и только кивнула:

– Я согласна.

А что еще мне остается-то?

Глава 15

Глава 15

Я даже представлять не хотела, что там будет рассказывать своему отцу Витольд. Меньше знаешь – крепче спишь. А уж теперь, после того, как я чуть не спалила библиотеку, мне хотелось разобраться во всем быстрее. Поэтому слова принца о том, что он немедленно поговорит с отцом, я восприняла с облегчением. Неизвестно, получится ли у меня сейчас связаться с мамой, а обстоятельства требуют решения проблемы. Пока я никому не навредила. Потому что такая сила – это страшно.

В свои комнаты я пришла, как мешком прихлопнутая. И первым моим порывом стало желание связаться с мамой. Вот только как уточнить у нее всю нужную информацию и при этом не заставлять ее нервничать? Она ведь наверняка должна понимать, что происходит.

Я торопливо проверила комнату на прослушку, взяла зеркало и прошла в ванную комнату: ограничить меньшее пространство будет куда проще. Там я, присев на небольшой пуфик, выставила защиту и активировала связывающий артефакт. Прошло лишь несколько минут прежде, чем в зеркале появилось мамино взволнованное лицо.

– Стеф, у тебя все в порядке? – уточнила она, пристально вглядываясь в меня. Получается, почуяла, что что-то произошло.

– Не совсем, – покачала я головой. Времени было не так много, поэтому я сразу приступила к делу. – Так уж получилось, что у меня произошел спонтанный выброс силы. Не моей силы, мама, – с упором проговорила я. Мамочкино лицо на мгновение застыло, из-за чего я прекрасно поняла, что она знает, о чем я говорю. И, кажется, неожиданностью для нее это не стало. Она подозревала, что подобное может произойти.

– Какой именно? – отрывисто поинтересовалась она. – Ты была одна при этом?

– Огонь. Я вся горела. И да, свидетель был. Его высочество Витольд.

– Витольд? – удивленно воскликнула она. – Но почему… Впрочем, сейчас это не важно. Как он отреагировал?

Я поняла продолжение вопроса, которое так и не прозвучало. Почему мы с принцем оказались наедине. Дать на него ответ я все равно не была готова, так что не стала акцентировать внимание на этой заминке. Сейчас это действительно было не столь уж и важно.

– Он помог мне справиться с силой, – очень осторожно ответила я, боясь выдать свои смешанные чувства по отношению к принцу. – И сказал, что это все очень похоже на то, что во мне просыпается вторая сущность.

Последние слова я проговорила, в упор глядя на маму. Дескать, тут от ответа тебе сбежать не удастся. Сама понимаешь, как много теперь поставлено на карту. Кажется, мама пришла к таким же выводам и кивнула.

– Он прав, Стефания, – с трудом подбирая слова, ответила она. Я чувствовала, с каким трудом ей даются эти ответы. Как сложно ей открывать то, что она старалась запереть в памяти! – В тебе действительно просыпается вторая сущность. В нашем с тобой мире не так много магии, поэтому все эти годы она спала, и мы жили спокойно. А теперь… Здесь все иначе. Здесь сама магия правит миром.

– И что мне теперь делать, мама? – невольно вырвалось у меня. – Как со всем этим справиться?

– Просто жить, девочка моя, – печально улыбнулась она. – Ты сильная, ты ее приручишь.

– Витольд думает, что это сущность дракона, – тихо перебила я. – И он предложил провести проверку на артефакте его отца.

– И ты не смогла отказаться, – понимающе кивнула мама. – Пусть. Это лишним не будет. Его величество не причинит тебе вреда, он благородный дракон. И ее величество тоже хорошая.

– Я знаю, что ты была ее фрейлиной, – перебила я. – Больше ничего не хочешь мне рассказать?

Опустошение внутри меня начало сменяться волнами возмущения. Я прикрыла глаза, стараясь сдержать эмоции. Нельзя. Больше всего на свете я боялась повторения сегодняшней сцены. Я не готова вновь столкнуться с этим огнем. Я не уверена, что смогу с ним справиться.

– Я смотрю, ты зря времени не теряешь, – горько усмехнулась мама. – Я так понимаю, не получив ответов от меня, ты решила найти другой источник?

Мне не хотелось ее задевать или обижать, однако от этих слов все равно стало не по себе. Возможно, частично из-за того, что она права.

– Мама, ты прекрасно понимаешь, что в моих обстоятельствах это лишним не будет, – решительно проговорила я. – И, боюсь, без знаний мне придется очень непросто. Кто может во мне проснуться, мама? Дракон? Или кто-то еще? И вообще, кто мой отец? Надеюсь, не его величество? – последний вопрос сорвался с моих губ непроизвольно – так сильно он меня волновал. И тут же, испугавшись собственного порыва, замерла в ожидании ответа.

Последний вопрос заставил маму изумленно округлить глаза, а потом расхохотаться. Громко, искренне и от души, без малейшего призрака театральности.

– Ну ты и выдумщица, Стефания, – с укором проговорила мамочка, отсмеявшись. – Как только тебе в голову пришло, что между мной и его величеством что-то было?

– Не было? – взволнованно уточнила я. Почему-то этот вопрос оказался для меня жизненно важным. Впрочем, если вспомнить наши довольно специфические отношения с Витольдом, в этом не было ничего удивительного. Не хотелось бы в один прекрасный день вдруг узнать, что такие спутанные эмоции я испытываю к своему единокровному брату.