Маленькое спеленутое существо, о котором мечтала.
И Лже-Дмитрий вдруг понял, что никому из земных мужчин не дозволено лицезреть такой красоты. Потому что ему предложена
сама Женственность. И само Материнство.
«Вот! Вот для чего ей нужен сбежавший мальчик!» – чуть было ликующе не завопил Лже-Дмитрий. И вот теперь
движение кувалды прекратилось.
Растерянность окрасилась несколько плаксивыми нотками: неудивительно, ведь это нелепо, кто решится посягнуть на такое?
Лже-Дмитрий изучающее посмотрел на кончики пальцев: ладонь опять ощупала бильярдный шар, и вот рука начала закручивать невидимый канат. В предстоящий удар он вложит намного больше силы. В носу лопнул небольшой сосуд, и на зажившем было лице некоторые ранки вновь открылись.
Крысолов оказался тем еще хитрецом. Сначала он вытащил Слизняка, а теперь вот выкидывает какие-то фокусы.
Лже-Дмитрий обернулся и дернул головой. Она по-прежнему шла к нему. Ее поступь, длинные, как развевающаяся мантия, волосы… Лже-Дмитрий почувствовал прилив сил. Прекрасное лицо светилось улыбкой, предназначенной лишь ему, вот только на щеке точно так же, как на портретах старых мастеров,
(Слизняк у нас увлекается антиквариатом)
появилась сухая трещинка.
Импульс оказался очень сильным. Стенки завихряющегося столба на миг будто заполнились черным дымом, сделались непроницаемыми, и кувалда, как выпущенная из ружья, устремилась к Лже-Дмитрию. В носу теперь лопнул гораздо более крупный сосуд, дав немедленное кровотечение, а в мозг словно воткнули раскаленный металлический стержень.
Только… В самом конце, прямо перед рукой Лже-Дмитрия кувалда будто наткнулась на невидимый барьер и была отброшена назад импульсом, равным по силе.
Лже-Дмитрий ошалело и неверяще уставился на Миху-Лимонада. Теперь кувалда находилась гораздо ближе к нему, чем к Лже-Дмитрию. Он перевел взгляд с покачивающегося в плотных завихрениях инструмента на Миху, потом обратно, сглотнул, и его нижняя челюсть конвульсивно дернулась.
Медленно, почти неуловимо, кувалда удалялась от Лже-Дмитрия.
– Нет-нет-нет, это все неправильно, – низко и монотонно пробубнил он. И добавил, глядя в сторону, – Нет, нет… – словно потерявшись, встрепенулся, не зная, что ему делать с большим пальцем левой руки. Зрачки на миг застыли. Затем в глаза вернулась осмысленность. Лже-Дмитрий спохватился и начал пугливо оборачиваться, как застигнутый врасплох за чем-то позорным. Но…