Забыв про боль и страх, Петька вскочил, успев заметить скрывшуюся за дверью дома светлую фигуру.

– Стой! – гаркнул он.

В дверь просунулась рука ладонью вверх. Ветерок подхватил легкий порошок и бросил его Петьке в лицо. Он не успел закрыть рот.

– Ах ты! – закашлялся он.

Внутри дома раздались шаги. Петька рванул к двери. Створ заклинило – полотно просело и намертво сцепилось с досками крыльца. Петька ввинтился в щель.

– Солька! – крикнул на всякий случай, понимая, что в переговоры с ним вступать никто не будет. – Все равно найду.

Крик шарахнулся между стенами и затих. Даже птицы на улице замолкли. И никаких звуков внутри.

Петька сделал шаг, и половицы издали адский скрип. От этого показалось, что скрипит уже весь дом, что по второму этажу ходят. Больше ни к чему не прислушиваясь, он забежал в комнату напротив входа.

Разбитое окно, через которое они позавчера залезали, справа от него стол, провал в полу. Петька перепрыгнул его. На столе рваная бумага, крошки. Чашка! Она была здесь. А вот фото исчезло. Петька осторожно потрогал стол – глазам своим он не доверял. Санечек мог оказаться прав – Петьке многое теперь кажется. Коснулся кружки. Холодный ребристый фарфор. Наверху что-то упало. Он сграбастал кружку и выскочил к лестнице. Опять застучало в ушах, от этого чужие шаги стали чудиться ему отовсюду.

– Я знаю, ты тут! – предупредил он второй этаж.

Ответом было низкое жужжание шмеля. Насекомое влетело в дверь, покружило над полом, убралось на свободу. Вернулась тишина.

Петька сплюнул попавшие в рот твердые частички. От них чувствовалась знакомая горечь. Словно он уже недавно такое пробовал. Никак Витек еще утром все-таки решил испытать на нем чудодейственное средство, данное Солькой, и подмешал порошок в чай. Петька сжал кулаки. Не друг после этого ему Витек. Пусть больше не приходит из школы к нему домой, он ему дверь не откроет.

Петька только ступил на лестницу, когда на него полетел стул. Движения никакого не было. Он выпал из пустоты и тишины площадки второго этажа. Стул подскакивал и крутился, пересчитывая ножками ступени. Петька прижался к стене, ощутив спиной занозистые бревна. Показалось, что весь дом сейчас против него, он будет рад бросить Петьку под стул, лишь бы его прибило.

Наверху мелькнуло светлое, качнулись слабые перила площадки. Петька рванул наверх. Большим пальцем ноги больно ударился о деревянную планку, взвыл, съезжая на коленях. Чашка выпала из рук, запрыгала рядом по лестнице. На полу она оказалась раньше, звонко цокнула на шляпке гвоздика, покатилась, постукивая на ребрах.