— Кевендер городит околесицу про жертву, которую мы должны принести, — презрительно сказал трубочист. — Он призвал людей ночевать в храме. И из всех, кто там был, ушёл только я.

— Так даже лучше, — промолвил Харп. — Не будут путаться под ногами. Возьми пару людей, которым доверяешь, и оружие. Охраняйте школу.

— Будет сделано, сэр.

Харп бросил хмурый взор на церковь. Оттуда доносился голос викария:

— Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы встать против козней диавольских…

К обеду Харп получить разрешение родителей отвезти детей в безопасное место. Матери согласились сразу, а отцов пришлось уговаривать. Со следователем они говорили подчёркнуто холодно.

Кларк пригнал к южной окраине повозку. Трое раненных, две старухи и пять детишек забрались внутрь. Быть кучером вызвался отец Кристины. Повозка, скрипя колёсами, поехала в сторону Королевского Леса. Её пассажиры с тоской смотрели на удаляющийся Кроглин. Лишь девочка звонко смеялась.

— Нас осталось двадцать семь, — констатировал Стэн. — Вместе с нашими женщинами.

— А сколько человек сейчас в церкви?

— С десяток.

У школы их ждал мрачный Захария. С ним были два рыжих брата Ревеки Тауфман.

— Я видел, как Найми выпустил из амбара Робина Фаулера и его дружка, — сообщил трубочист. — Я сказал ему, что вы запретили, но он ответил, что после смерти Лоуза, главный здесь Кевендер. Теперь все, кроме Тауфманов, поддерживают священника.

— И констебль Грэм?

— Констебля после вчерашней ночи никто не видел. Наверное, валяется пьяный в какой-нибудь канаве.

Харп поскрёб подбородок:

— Выходит, нас пятеро против тринадцати.

Дверь в конце коридора открылась, и из неё высыпали женщины Кроглина. Даже хрупкая Мелроуз выглядела как-то преображено. Следователь поймал взгляд Кристины.

— Тринадцать против тринадцати, — сказал он.

Ночью разгулялся ветер. Град колотил в пустые дома. В церкви горели свечи, мёртвые лежали у алтаря, а живые молились вместе со своим пастырем. Вторая половина горожан обходилась без молитв. Женщины устроили для своих стражей поздний ужин. Повариха гарцевала между столов, подавая еду, не скрывая своей радости от работы. Кларк, обняв жену, шептал ей что-то мечтательно. Харп наблюдал за ними с улыбкой.

Кристина присела рядом с ним.