— Что я мог сделать, Роджер? — начал сквайр и в этот раз. — Пришел в ярость, потому что столько всего навалилось сразу; наверное, не подумал о последствиях так тщательно, как следовало, и всех уволил. Но ничего другого не смог бы придумать даже за год! Последствия! Ненавижу думать о них, они всегда оказываются против меня, так связывают по рукам и ногам, что я не могу срубить ни единого дерева. И все потому, что поместье так прекрасно расположено. Лучше бы у меня вовсе не было предков. Да, смейся сколько угодно: приятно видеть твой смех, — не то что постное лицо Осборна, которое при виде меня становится таким кислым, что тоска берет.

— Послушайте, отец, — неожиданно заявил Роджер, — думаю, что смогу найти средства на возобновление мелиорации. Доверьтесь мне. Дайте два месяца, чтобы развернуться, и тогда обязательно получите деньги — во всяком случае, достаточные для начала работ.

Сквайр посмотрел на сына, и лицо его просияло счастьем, однако тут же спросил серьезно:

— Но как ты это осуществишь? Дело-то непростое.

— Неважно: найду способ, — а для начала могу выделить на это около сотни фунтов. Не забывайте, отец, что я старший ранглер[38], а еще «многообещающий молодой автор», как назвали меня в отзыве. Даже не представляете, какой замечательный у вас сын. Чтобы узнать обо всех моих достоинствах, следует прочитать статью.

— Читал, Роджер. Услышал, как Гибсон о ней говорил, и попросил достать для меня, хотя понял не все. Было бы лучше, если бы там называли животных по-английски и вообще не увлекались французскими глупостями.

— Но ведь это был ответ на статью французского автора, — парировал Роджер.

— Тяжело далась мне эта статья! — честно признался сквайр. — И все-таки, несмотря на латынь и французский, дочитал ее до конца. А если не веришь, то загляни в конец бухгалтерской книги и переверни ее вверх ногами. Увидишь, что я выписал все комплименты в твой адрес: «тонкий наблюдатель», «глубокий философ», «сильный, нервный английский язык»… О, запросто могу перечислить красивые выражения по памяти, потому что всякий раз, когда устаю от долгов, счетов Осборна или хозяйственных расходов, переворачиваю книгу вверх ногами, закуриваю трубку и читаю, как восторженно в этой статье отзываются о тебе!

Глава 32 Грядущие события

Глава 32

Грядущие события

Роджер перебрал в уме множество планов, посредством которых надеялся найти необходимые отцу деньги. Предусмотрительный дедушка по материнской линии — лондонский купец — так вдумчиво припрятал оставленные дочери несколько тысяч фунтов, что в случае ее смерти раньше мужа тот мог распоряжаться процентами с капитала, а в случае ухода обоих родителей младший сын вступал в наследство только в двадцать пять лет. Если же умирал раньше этого возраста, то причитающиеся ему деньги уходили к одному из кузенов с материнской стороны. Короче говоря, старый скупой торговец предусмотрел так много ограничений, словно оставлял десятки, а не пару тысяч. Конечно, Роджер мог обойти препятствия, застраховав жизнь до назначенного возраста. Возможно, если бы обратился к адвокату, то получил бы именно такой совет, но он не любил никому рассказывать о нужде отца в деньгах. Раздобыв копию дедовского завещания, после пристального изучения он пришел к выводу, что все упомянутые обстоятельства падут в свете природы и здравого смысла. В этом он слегка заблуждался, однако не оставил твердого намерения получить деньги и выполнить данное отцу обещание, но маячила перед ним и высшая цель: обеспечить сквайру жизненный интерес, способный отвлечь от сожалений и забот, едва ли не ослаблявших страдающий ум, — поэтому прежнее представление «Роджер Хемли, старший ранглер и член Тринити-колледжа с требованием высшей оплаты за любой достойный труд» скоро превратилось в «Роджер Хемли, старший ранглер и член Тринити-колледжа, согласен на любую оплату».