— Напрасно, напрасно… Ни в чем бесчестном мы не подозреваем Прохора.

— Ну, дай я вам всем поклонюсь, справедливые люди.

Она посмотрела строго прямо мне в глаза и поклонилась в пояс.

Вечером я дождался Тимофея, когда он шел домой со смены. Я рассказал ему все. Он одобрил мое решение о Прохоре:

— Это хорошо. Пусть Проша отойдет немного. Я заверну к нему нынче же, а нет — так завтра. Смотря по делу, буду кое-что полегче ему поручать. А Агашу завтра же отправлю. Человек подходящий есть и возьмется.

— Это Степан?

— Он.

— Еще одно, Тимофей: на тебя возлагается замещать Сундука по руководству работой наших партийных товарищей в профессиональных союзах.

Тимофей на это сказал только одно слово:

— Добро!

Но зато, прощаясь, тряхнул мне руку с таким воодушевлением, что кости у меня в плече затрещали.

ГЛАВА X

ГЛАВА X

Едва отошел я от жилья Тимофея домов на десять, как он догнал меня запыхавшись.

— Пришел домой, а там записка, смотри — от Благова. Зовет. Назначили нынче экстренное совещание.

Я пробежал записку — приглашались члены бюро профессиональных союзов. Совещание называлось: «частное», «закрытое», но с допущением «сведущих людей». Порядок дня не указывался.

— Пойдем туда со мной вместе, Павел, раз допущены «сведущие люди».

— Это совещание неспроста, Тимофей.

— Понятно: раз «частное», так уж держи ухо востро. Будет какое-нибудь меньшевистское громыхание.