Конечно, это препятствие можно было бы обойти, но я видел, что у Благова нет на это никакого желания.

Тогда я устроил встречу с Ветераном и Солнцевым. Солнцев, кроме работы в ячейке у Доброва, руководил партийной работой на Пречистенских курсах для рабочих. А Ветеран нужен был как наш изобретательный специалист по легальным, «подзаконным» открытым выступлениям.

Посоветовавшись, мы решили использовать существующую при Пречистенских курсах официальную легальную «комиссию по распространению гигиенических знаний среди рабочих».

Вместе с членом комиссии, доктором Ивановым, сочувствующим рабочему движению, мы составили план его лекции на тему «Личная гигиена рабочего», с подзаголовком «Что может сделать лично каждый рабочий для сохранения своего здоровья».

— Приготовим, доктор, вместе тезисы лекций, как требуется для полицейского разрешения, — предложил я. — Имейте в виду, что общий тон лекции — только личная гигиена, только то, что каждый индивидуально может сделать. Ни о каких общественных мероприятиях, пожалуйста, ни слова. Разбирайте только самые невинные вещи: например, свежий воздух в комнате, в которой спишь, обтирание холодной водой, регулярные прогулки, чистое белье, нательное и постельное, сытное питание, гигиеническая одежда, разумные развлечения и прочее в таком роде, доктор.

— Да вы, я вижу, юморист, — отозвался доктор. — Это же будет сплошной хохот среди рабочих, когда они придут из своих клоак, да без всякого белья под куртками, а я буду им о белье, о чистом воздухе…

— Это-то нам и нужно, доктор! На этом-то мы и построим наши выступления по вашей лекции. И уж вы не беспокойтесь, — вас лично мы бранить не будем, ну, а режиму, а фабрикантам, а общим условиям от нас достанется как следует.

— Ну что ж, — согласился доктор, — для хорошего дела я готов и на то, чтоб надо мною рабочие немного подтрунили.

Ветеран предложил снять для лекции зал «Клуба небогатых людей», куда он был недавно выбран в правление.

— Человек триста — четыреста набьем туда, как сельдей.

Дальше начались обычные препятствия, как при всяком использовании каких бы то ни было легальных возможностей.

Клуб не мог дать помещение бесплатно. А Благов отказал в выдаче денег на наем.

Мы решили отпечатать билеты и брать за них по гривеннику с чернорабочих, по пятнадцать копеек с красильщиков.

Затем Иванов был вызван к приставу.

— Э, батенька, какие там лекции для рабочих! — сказал пристав. — Им сейчас жрать не черта, а вы — лекции! Никто не придет, только зря потратитесь на зал. Нет, не разрешу такие глупости. Запрещаю лекции.