По ночам, после обильного застолья, — долгие, утомительные выяснения отношений с Келли. Тяжелый от вина и излишеств богемской кухни, Келли, шатаясь, бредет в постель. Уже не в силах переносить это ежедневное бессмысленное мотовство, я хватаю его за воротник, трясу что есть мочи и кричу:

   — Свинья! Пролет! Ты, вылезший из лондонской сточной канавы трущобный адвокатишка, опомнись! Приди в себя! Сколько это будет еще продолжаться? Серая пудра на исходе! От алой осталась только половина!

   — П... пжалста, 3... 3... Зеленый Ангел пришлет мне новую по... порцию, — утробно отрыгивает патрон.

Самодовольное бахвальство, похоть, тупая ослиная блажь сорить деньгами, глупое и грубое плебейское чванство — вот она, потревоженная золотом Ангела стая ночных птиц, которая, трепеща крылами, устремилась на свет Божий из темных смрадных уголков души человека с отрезанными ушами. Во времена безденежья веселый нищий бродяга, всеми правдами и неправдами умеющий раздобыть себе кусок хлеба и не вешать нос в самых тяжелых переделках, теперь, в богатстве и довольстве, не зная удержу в хвастливом угарном кураже мотовства, он дошел до прямо-таки скотского состояния.

Но, как видно, в планы Всевышнего не входило, чтобы золото валялось на земле, как навоз. Хотя мир сей всего лишь большой свинарник...

Хочу я или нет, но меня неудержимо влечет в тесные переулки еврейского города, к Мольдау, поближе к рабби, который, заходясь сумасшедшим хохотом, насмеялся над моей верой в Ангела — смехом изгнал меня из своей каморки.

Я стою перед одним из древних, высоких, как башня, домов сумрачного гетто, не зная, какой путь избрать, и тут из-под темных сводов проходного двора доносится шепот:

— Сюда! Здесь путь к намеченной вами цели!И я иду на голос невидимого советчика.

В мрачном сводчатом проходе меня окружают черные маски... Сбоку, исподтишка вывернулся корявый коридорчик... Шепот...

Обитая железом дверь, потом какой-то ход, конец которого тонет во мраке; гнилые доски скрипят под нашими шагами... Все время под уклон... Свет проникает сквозь редкие, расположенные высоко над головой щели. Только этой ловушки мне еще не хватало! Останавливаюсь: чего от меня хотят?

Люди, которые теснятся вокруг, вооружены. Один, по всей видимости предводитель, снимает маску — честное солдатское лицо — и говорит:

— Приказ императора. У меня слабеют колени.

— Арестован? Но почему? Не забывайте, я подданный королевы Англии, у меня есть рекомендательные письма!

Офицер качает головой:

— Это не арест, сэр! Просто у императора есть основания считать, что ваш визит лучше сохранить в тайне. Следуйте за нами!