— Рудольф — это тоже обман? Рудольф отшлифован для

величия так же, как этот кристалл; его грани отполированы настолько совершенно, что он может отражать, не искажая, всю историю Священной Римской империи. Но у вас нет сердца — ни у вашего величества, ни у этого угля.

Что-то дьявольски острое рассекает мою душу. Я смотрю на высокого рабби и чувствую у себя под горлом жертвенный нож...

Гостеприимный дом доктора Гаека с недавних пор превратился в настоящий рог изобилия. Золото стекается со всех сторон. За милостивое разрешение Келли присутствовать при заклинании Зеленого Ангела Розенберг, словно в угаре, шлет подарок за подарком, один ценней другого. Старый бургграф готов пожертвовать основанной на днях «Ложе Западного окна» не только все свое богатство, но и близящуюся к закату жизнь.

Итак, ему позволено спуститься вместе с нами в крипту доктора Гаека.

Мрачная церемония начинается. Все как обычно. Только Яны моей нет. Я почти задыхаюсь от жгучего нетерпения. Настал этот миг: ныне должен держать предо мной Ангел ответ за ту невинную жертву, которую я ему принес!

Розенберга сотрясает озноб; он непрерывно бормочет молитвы.

Келли впадает в прострацию. Сейчас он далеко...

Вместо него пламенеет зеленое сияние Ангела.

Величественность этого чудесного явления повергает Розенберга ниц. Слышны его рыдания:

— Я удостоен... Боже... я у...дос...тоен...

Рыдания переходят в жалобные стоны. Бургграф валяется в пыли и лепечет, как впавший в детство дряхлый старец.

Ледяной взор Ангела обращается на меня. Хочу говорить, но язык прилип, как приклеенный, к нёбу. Я не в состоянии противостоять этому нечеловеческому взгляду. Собираю все мои силы... Ну— раз, два, три... все напрасно! Неподвижный взгляд парализует меня... парализует... окончательно...

Голос Ангела доносится эхом из каких-то запредельных высот:

— Джон Ди, близость твоя неугодна мне! Непослушание твое неумно, строптивость твоя нечестива! Как может удаться шедевр творения, как может осуществиться благое предначертание, когда ученик неверие носит в сердце своем? Ключ и Камень послушному! Ожидание и изгнание ослушнику! Жди меня в Мортлейке, Джон Ди!..

Звезды? Зодиакальный круг? Что мне до этого небесного колеса? Понимаю, понимаю: годы, месяцы, дни — время!..

Время, которое скользит мимо, мимо, мимо... Даже оно обходит стороной пепелище...

Почерневшие от копоти руины. Голые стены, гнилые лохмотья обивки плещутся по ветру. Спотыкаюсь о то, что было когда-то порогом, но откуда и куда вела эта дверь, хозяин замка, прежде такой веселый и беззаботный, сказать уже не сможет. Иду дальше... Хотя «иду» не то слово — ковыляю, еле-еле переставляя ноги, усталый, разбитый, бессильный...