— Да, мама. Это задание дано нам обоим. Нас меньше подозревают.

— Иди, сынок, — вымолвила мать, стараясь казаться спокойной. — Иди, — повторила она, и голос ее дрогнул.

Я стремительно выбежал из комнаты.

— О создатель, — послышалось за спиной, — побереги моих птенцов!

Еще задолго до этого памятного дня Аво с Суриком проследили, что все важные бумаги хмбапет кладет в папку с черным переплетом.

В условленное время Аво кубарем скатился с крыши, погнался за Суриком и возле ворот дома хмбапета, где стоял в карауле Самсон, настиг его. Началась потасовка. Аво лупил противника без разбору, куда попало. Ошалевший Сурен сперва оборонялся, не веря в драку, и под конец, разозлившись, с визгом вцепился в волосы Аво. Самсон сначала развлекался потасовкой драчунов, но, когда раздался неистовый вопль, он стал прикладом разгонять их.

Я стоял наготове у противоположной стены дома. Момент был подходящий. Я вспрыгнул на камень, прислоненный к стене, и вцепился снаружи в подоконник. Створки окна открылись бесшумно. Помня про наказ Мкртича, я быстро сунул за пазуху краюху хлеба, лежавшую на столе. Это на случай, если накроют. Папку в черном переплете я нашел сразу. Хмбапет вдруг громко кашлянул.

Я замер, сжался в комок, явственно представил черное дуло маузера, направленное на меня.

Кашель повторился с присвистом, и я догадался, что это во сне. Но что это? Руки совсем не слушаются меня. Я еле выдрал первые три бумаги из папки. Когда я вылез из окна, драка на улице еще продолжалась. На крик и шум драчунов со всех сторон сбежались люди. Я нырнул в толпу.

Впоследствии я, признаться, долго не мог понять, в чем ценность утащенных у хмбапета бумаг, за что меня так хвалил Шаэн. Перед тем как отдать дяде Мкртичу, я заглянул в них одним глазом. В одной бумаге вообще ничего не было написано, стояли только какие-то черточки, цифры, знаки. Зато две другие были полностью исписаны.

Важный начальник, видно главный среди дашнаков, приказывал нашему хмбапету взять на учет всех коней одной масти. В бумаге приводились приметы. Они каким-то образом совпадали с приметами тонконогого скакуна Баграта, всем известного Урика. В конце была приписка: «Сведения нужны для английского командования». Какой-то Гаскель интересовался конем Баграта.

Никогда дед не был так благосклонен ко мне, как в те дни. Вероятно, он тоже знал о беде, нависшей над Уриком. Откуда ему это известно? Из села не отлучается, к нам никто не приходит от Шаэна. Сыплет себе дед по-прежнему пословицы, будто ничего не случилось, а знает все.

*

Вот уж поистине, когда человеку везет, у него и мул родит.