Дед покачал головой:

— Не стоит огород городить.

— Да почему не стоит, уста? Может, американцы и взнуздают этих грабителей.

— Не взнуздают, Апет. Собака собаке не отдавит ногу.

— И то верно. Но, может, приструнят? Я пойду до них.

Апет встал и, постукивая палкой, направился к выходу. У дверей он остановился.

— А может, вместе сходим, уста? — Он беззвучно засмеялся: — Как-никак ты на таком деле собаку съел — с присяжными разговаривал!

Дед махнул рукой.

— Ну, как знаешь, а я достучусь до них. Пожалуюсь, — обронил Апет и вышел.

На другой день дед сказал:

— Сбегай, Арсен, проведай, не вернулся ли Апет. Чтоб одна нога там, другая здесь.

Я побежал исполнять поручение.

Был полдень. В селе лаяли собаки. У Вартазара шла шумная пирушка.

Дорога шла мимо дома Аки-ами. У двери, на солнцепеке, свернувшись клубком, лежала кудлатая собака, та, которая по ночам выла. Над ее головой тучей носилась мошкара.

На всякий случай обойдя собаку, я окликнул Апета. Дом Апета стоял рядом с домом Аки-ами. На зов вышел Баграт, приходившийся Апету зятем.

— А-а, джигит! Зачем пожаловал?

— Дед послал узнать, не вернулся ли дедушка Апет из… — Я забыл слово.

— Из оф-фис-са?

— То самое, — обрадовался я. — Из офиса!

— А-а, это твой дед, выходит, надоумил его, а сам в кусты? — бросил он не то шутя, не то серьезно.