В домах еще горел свет, когда мы постучались к Геворковым. Во дворе гулко и раскатисто залаяла собака. Ворота открылись. У входа показался тучный, шарообразный старик, освещенный неровным красным светом коптилки, которую он держал в руке.

Собака заливалась неистовым лаем. Хозяин притворно покрикивал, делая вид, что не может ее унять. Узнав, кто мы и зачем пожаловали, он совсем потерял управу над собакой. Почему-то погасла в руках коптилка.

Холодный ночной мрак поглотил весь двор.

— Это уж зря, — сказал Саркис, — темнота вас не скроет.

Собака лаяла все громче. Чтобы быть услышанным, дядя Саркис прокричал:

— А ну, ребята, осветите двор! Я плохо вижу, с кем говорю.

Затрещали зажженные факелы, разбрасывая в воздухе красные полосы света.

— Где прячешь хлеб? — строго сказал Саркис.

— Если мое слово ничего не стоит, поищи сам, — ответил хозяин, показав спину.

Он заковылял в сторону крыльца, но задержался у лестницы, очищая ноги о поскребок.

— Действуйте! — коротко приказал Саркис.

Вооруженные железными шампурами, мы рассыпались вслед за взрослыми по двору. Факельщики осветили все его закоулки.

Не прошло и пяти минут, как раздался радостный вскрик. Притихшая было собака снова залилась тревожным и гулким лаем. Хозяин у лестницы длинно выругался. Мы побежали на крик.

Посреди двора в свежевырытой яме копошился кто-то. Айказ направил свет факела, вырвав из темноты острые плечи. Это была Арфик. В ярком свете факелов блеснул в яме плоский камень, отодвигаемый Арфик с горлышка колодца. Все было ясно: она нашла то, что искала.

Удачно прошли поиски и в доме Алиханяна. Аво прямо привел нас к спрятанному хлебу, словно сам положил его.

Третьим домом, куда мы постучались в ту ночь, был дом Согомона-аги. Хозяин, видно, ждал нас.

— А-а, милости просим! Проходите, проходите. Но только уговор: найдете что-нибудь — срежу усы, — встретил он нас у ворот.

На крыльце жались друг к другу Цолак, Вард и Беник.

Аво первым прошел во двор. За ним, опережая взрослых, один за другим прошмыгнули остальные члены нашего отряда.

Запылали факелы. От неожиданно яркого света куры тревожно закудахтали. Азиз нес впереди себя остро наточенный шампур, как винтовку на изготовке.