А летом девяносто пятого удалось и про Женю Огарышева узнать: он устроился в Музей изобразительных искусств имени Пушкина. Место превосходное, но должность… Смотрителем его туда взяли. «Пока смотрителем», — так выразился он сам.

Что ж, для обладателя красного диплома МГУ — возможно, и скудно.

Но для философа — в самый раз. Вокруг — только шедевры, классика мирового искусства, а у тебя полным-полно времени, чтобы размышлять…

Говорят, на нем была жалкая лыжная шапочка. Представить бы лучше — какими были глаза под этой шапочкой. Но тут мне не помог человек, его встретивший, он не разглядел, и теперь мы с вами вольны представить себе какие угодно глаза…

Не покидай… Киноповесть-сказка

Не покидай…

^{Киноповесть-сказка}

Часть первая. Визит на высшем уровне с кукольниками

Часть первая. Визит на высшем уровне с кукольниками

1

1

В этом лесу было пленительно, иначе не скажешь. Малиновка завлекала своим пением. Каждый куст — буквально каждый! — угощал ягодой! Белки вели себя с непостижимой доверчивостью, словно ручные. И на всю эту идиллию сверху любовалось солнышко — такое ясное, будто сделали его для детского спектакля. Как, впрочем, и все остальное в этом райском уголке.

Принц Пенапью окликнул своего секретаря, задремавшего после завтрака от покойной езды на прекрасных рессорах:

— Фрикадель! Я вот думаю: отчего население не приводит сюда детей? Сколько прелести, сколько возвышающей душу пользы почерпнули бы дети среди этой природы…

От полусонного Фрикаделя поступил не столько словесный, сколько музыкальный ответ в том смысле, что он согласен: пусть приводят детей…

Стала сужаться тропа, по которой ехали их две кареты (во второй были телохранители и доктор); теперь Пенапью мог, не слишком высовываясь, погладить белку или сорвать орех. Нет, прелесть, прелесть что за путешествие — во всяком случае, вот этот его кусочек! Его Высочество даже изволил запеть — ариозо Рудольфа из «Богемы» («А я любуюсь…» и т. д.).

Тут секретарь, которого что-то вдруг толкнуло, обрушился на принца — сперва придавил его, потом потащил назад, к себе, выкатив изумленно глаза и бормоча «тпрру!». Видимо, лошадей испугало что-то. Даже наверняка испугало. Что?

Полминуты спустя это устрашающее Что-то явилось в виде трех человекоподобных с чулками на физиономиях. Впрочем, нет — таких только двое: третий был по-своему аристократичен и имел под шляпой покрывающую лишь пол-лица черную опереточную маску. Он и объяснил деликатно: