— А я принести могу, все равно бездельничаю. Поухаживать за царицей своей молодости — ничего нет слаще…

— Вот-вот, льстить мне прошу как можно грубей! Кстати, милый флигель-адъютант, не видели вы там Женю моего?

— Никак нет, ваше величество. И за обедом его не было…

— Да я знаю, где он! Только не представляю, что он там ест. — Удар. — Ах, черт, какого шара упустила!

— Так я принесу депешу-то.

Спустя еще три удара он возник вновь и с поклоном положил на борт бильярда сложенный вчетверо листок.

— Спасибо, голубчик. — И к партнеру: — А вы бейте, бейте… я только на три секунды отвлекусь.

Первая же фраза в записке заставила ее измениться в лице.

«Прощаюсь заочно, т. к. не хочу диспута: уезжать мне или оставаться… Совершенно случайно повезло с билетом…»

— Вот балда! Но почему, почему вдруг?! — обратилась она со своим изумлением к партнеру, который покорно ждал ее удара. — Вы не обижайтесь, я не смогу больше. Засчитайте мне поражение.

И вышла.

В коридоре прочитала чуть дальше:

«Ты во многом была права…»

— В чем я была права?! — спросила она сама себя.

Записка объясняла:

«Ты была права, когда говорила и pro и contra. Я запутался. Не сердись. Если сумеешь быть полезной девушке — не откажи…»

— Ксенечка Львовна! — встревоженно окликнул ее седовласый «флигель-адъютант». — Я могу быть полезен?

— Вы? Вы — нет, спасибо.

— Если что срочное, можно же директорскую «Волгу» попросить, вам отказа не будет…

— Да при чем «Волга», когда тут опять философия! «Ты была права, когда говорила и pro и contra…» Так разве бывает? У нормальных, я имею в виду, людей? Не у диалектиков профессиональных?