В этот момент Оттилия пожелала налить себе сока из графина и обнаружила в своей чашке живой гостинец. С пронзительным визгом выскочила она из-за стола, роняя стул. Сок залил половину скатерти.

Король искусственно закашлялся, чтобы погасить в себе смех, и стал увещевать ее:

— Тихо, тихо… Ну что такое? Свояченица, да ты у нас паникерша… Ну да, постороннее насекомое, вижу. Но ведь не скорпион же, не тарантул…

— Благодарствуйте, Ваши Величества, — сорванным от визга голосом сказала Оттилия. — Я уже вполне сыта! Более чем! — И она выскочила за дверь.

— Крадус, — остолбенело смотрела на монарха его жена, — неужели это ты?

— Что ты, матушка. Я как-никак полковником был до коронации. А это шутка — фельдфебельская, не выше… Ты лучше скажи: готова ли ваша сбруя к таким ответственным скачкам, что у нас впереди?

— Что? Я не поняла…

— Имеются в виду наши туалеты, — уточнила Альбина.

— Ох эти твои лошадиные сравнения…

8

8

В этот самый час будущий королевский гость спал в фургоне бродячих артистов, устроив голову на ящике с куклами. А новые его друзья сидели оба на козлах и бесшабашно пели на два голоса, чтобы прогнать сонливость:

— Слушай-ка, Марта, я все перезабыл… не знаю, где мы… Да и то сказать: когда нас с отцом упекли в изгнание, мне еще не было и девяти!

— Ну так спроси дорогу — чего проще? Хотя… Желтоплюш, тебе не кажется, что на нас как-то странно смотрят… дичатся вроде?

Дело в том, что это был уже город, столица абидонская. Мощенные булыжником узкие улочки встречали наших путников и впрямь на странный манер: с одной стороны, население заинтересованно разглядывало их, но с другой — при первой же попытке контакта прохожие поглубже надвигали шляпы и шагали быстрее, а в домах захлопывали ставни…

Вот уже не раз Желтоплюш крикнул:

— Эй, сударь! Не хочет… Тогда вы, мадам. Доброе утро! Дозвольте спросить…

…Но и судари и дамы резко сворачивали во двор, или с прискорбием показывали на свои уши: глуховаты, дескать, не обессудьте, или бросали в ответ, еще не дослушав вопроса: