ГОЛОС ФИЛИППА: Вот оно что… Рикардо Делано?! А мне соврал кто-то, что его нет в стране… Интересно… Вы не промахнулись, выбирая мастера!
ГОЛОС МАРИИ-КОРНЕЛИИ: А я редко промахиваюсь. Налейте же себе и мне! О чем задумались?
ГОЛОС ФИЛИППА: О Рикардо. Я нечасто бывал в его мастерской, но каждый раз это было потрясение… Каливерния будет гордиться им!
ГОЛОС МАРИИ-КОРНЕЛИИ: А я спокойно отношусь к живописи. Вообще-то, у нас тут есть на что взглянуть. Вич показывал вам? Нет? А хотите туда, где собраны орудия пыток? За десять веков! Давайте живопись пропустим пока, а туда сходим — это вам не может быть скучно!
ГОЛОС ФИЛИППА: Я верю, я охотно верю на слово: в этой области достигнут большой прогресс… Особенно в нашем веке.
ГОЛОС МАРИИ-КОРНЕЛИИ: Вы трусите? Струсили, струсили, я же вижу!
ГОЛОС ФИЛИППА: Считайте так. Мне кажется, любого человека с воображением может стошнить от этого…
ГОЛОС МАРИИ-КОРНЕЛИИ: Нет, ну зачем, тогда не пойдем… Вообще, вы малоактивный, да? Ой, святая Агнесса, куда подевались у нас интересные мужчины? Которые умеют что-то выдумать, поднять настроение? Которые знают кучу всяких историй, анекдотов? Где наши весельчаки? Что вы так усмехнулись?
ГОЛОС ФИЛИППА: Вопрос интересный. Если святая Агнесса затруднится, не ответит — попробуйте майору его задать. Или папе… Послушайте… а Рикардо? Я, правда, не видел его давно, но разве он не весельчак, не заводила?
Голос МАРИИ-КОРНЕЛИИ: Что-что?! Это вы над ним подшутили так? Из него же слова не вытащишь! Я изнываю на этих сеансах! И взгляд у него… знаете, какой-то преступный! — (Она перебила сама себя.) — Да, сеньор Филипп! Уж один-то свой экспонат я покажу точно… идемте! — (Ее голос стал удаляться.) — Идемте-идемте, экспонат потрясающий… Вергилий, а тебе не надо туда. Сидеть!
Донеслись удаляющиеся их шаги, потом смолкло все.
— Кошечкой повела любоваться, — радуясь собственной проницательности, сказал старый Гуго.
А легионер-оператор моргал светлыми ресницами:
— А в клетке у меня микрофонов нет…
— А велено ни словечка не пропустить? Почему? Что он за гусь, этот сеньор Филипп?
— Сочинитель. В театре какие-то сказки делал. — Оператор глянул на старика с беспокойством, почти мольбой. — Сеньор… но если мое начальство позвонит, я доложу, что вы…
— Ни-ни-ни! Ты не враг себе, верно? Ты будешь помнить про тех полковников незадачливых… Дай-ка сигарку.
— Только поаккуратней: пленка тут. Вообще-то, я выхожу курить… Нет, сеньор, не сходится что-то: полковников вы наказываете, а майора вроде как опасаетесь!
— Сообразил! — похвалил старый Гуго, прикрывая глаза: первая же затяжка привела к сладкому головокружению. — Но опасаюсь я