В эту минуту Галя увидела Анатолия. Он пришел! Он стоял у двери и заглядывал в магазин, прикрыв лицо с боков ладонями.

Она сорвалась из-за прилавка к двери. Ей казалось, что пришел ее защитник, ее опора, ее спасенье.

— Я стенную газету порвала!

— С тебя станется, — недовольно сказал Анатолий.

— Толя, а ты верно придешь? Конечно, лучше домой. Часов в восемь, да?

— Ты что, постриглась, что ли?

— Нет. Просто ты меня давно не видел. И сегодня не пришел бы, если б я не позвонила. Да?

— Не знаю. Ты иди. Тебя там ждут.

— А я знаю, — упрямо повторила Галя, — я знаю.

— Ты опять хочешь со мной поссориться? Я же сказал: приду.

— Подумаешь, одолжение великое! Можешь не приходить.

Он спрыгнул со ступенек и побежал по тротуару. Галя выскочила за ним на сырую, туманную улицу:

— Толя, погоди, Толя, ты знаешь, у нас новый жилец. Он заместитель начальника бюро обмена. Помнишь, ты меняться хотел со своей мамой, так можно его попросить.

Анатолий махнул рукой:

— Уже отказали.

— Так ведь, кажется, до трех раз можно подавать?

— Заместитель? — сказал Анатолий. — Интересно. Ну ладно. Пока.

— Так, значит, в восемь, да? Не опаздывай, слышишь?

Он кивнул. Придет.

Когда Галя увидела снова Валентина Николаевича и Буримова, вся история с газетой показалась ей не такой страшной.