Несколько раз он спрашивал у прохожих дорогу, и почти никто не мог ему ответить (проклятые туристы), но в конце концов нужный адрес нашёлся. Все столики на террасе были заняты, но внутри, слава богу, было немноголюдно и царил полумрак. Официантка посадила его у стены и решила за него, что он хочет бокал вина. Мартин занялся чрезвычайно сложным делом – покупкой железнодорожного билета на вечерний поезд. Если он выпьет два-три бокала, он, возможно, уснёт, что было бы предпочтительней всего остального.

Когда часы пробили пять, в дверях появилась Долорес с велосипедным шлемом в руках. Встреть Мартин её на улице – ни за что бы не узнал. Быстрые движения, былая медлительность рептилии исчезла без следа.

– Ужасно, – произнесла она, крепко его обняв, и рухнула в кресло напротив. – Я страшно огорчилась, когда узнала. Кажется, что такого не может быть, а оно вдруг случается. Банальнее, конечно, не скажешь, но это так. Ты голоден? Когда ты ел в последний раз?

Мартин медлил с ответом, и она сказала материализовавшейся у столика официантке:

– Мы возьмём фрикадельки, оба.

В любой момент она могла заговорить о Густаве. Спросить, как это произошло. И ему придётся рассказывать о теле в кресле и…

– Мы давно не виделись, – сказал он, – чем ты сейчас занимаешься?

Она выучилась на менеджера и работает руководителем среднего звена в социальной службе.

– Да бог с ним, – махнула она рукой, когда Мартин предложил ей рассказать о работе, – ничего интересного.

Ей хотелось поговорить о Густаве. Она жалеет, что не поехала на открытие выставки. Собиралась, но не получилось. А сейчас понимает, что приоритеты надо было расставить иначе, но вообще она была на всех его выставках, начиная с 1988-го. Потом она задумалась – вот почему мы что-то делаем, а что-то нет. Ты, к примеру, просидел весь день на работе, пытаясь пробить какой-нибудь проект в районе, где поджигают автомобили, а в двухкомнатной квартире живёт двенадцать человек… ты приходишь домой в шесть, и единственное, чего хочешь, – сесть в саду и выпить бокал вина, ты же счастливчик, потому что у тебя есть сад. Потом она воскликнула – как же хочется избавиться от одной простой вещи: сделать так, чтобы не было вопросов. Чтобы никто не звонил и не заставлял её проверять какие-то мелочи. Чтобы не надо было отвечать на какие-то письма по дороге в тренажёрный зал, потому что в зал обязательно надо, иначе она снова пропустит занятие и ей заблокируют членскую карточку… И у тебя просто нет желания одеваться, идти в какую-то галерею и кокетничать там с малознакомыми людьми. Сейчас-то она понимает, что надо было поехать. Но именно на те выходные у её мужа были давние планы, и ей пришлось остаться дома с детьми. Выставка ведь до октября. А потом, если Долорес не ошибается, её перевезут сюда, в Музей современного искусства. Кто же мог предположить… Принесли еду: огромное количество залитых сливочным соусом фрикаделек, взбитое картофельное пюре, брусника и маринованный огурец. Он должен справиться.