– Угу. В него стреляли…

Я помнил. Хамфрис брал на себя слишком много и пару месяцев назад поймал разом шесть пуль.

– У него пробито легкое, – добавила Джин. – Правое. Боюсь, не выживет.

Мы в самом деле нашли Фабрина в палате у Хамфриса, которого доктор пытался успокоить. Пациент, крепкий коротышка, заросший жесткими темными волосами до самых косматых бровей, был до смерти перепуган. Рвался подняться с кровати, и Фабрин с трудом удерживал его.

– Я сам видел, слышите? – вопил Хамфрис. – Глаза, огромные глаза, таращатся на меня, а вокруг цветные пятна так и горят! Не могу я тут лежать и все это терпеть! Выпустите меня отсюда!.. Выпустите!

– Возьмите себя в руки, – успокаивал Фабрин. – Еще неделька-другая – и мы поставим вас на ноги… – Он обратил к нам мясистое лицо, белое как мел. – Мисс Бенсон, помогите мне! Вы тоже, Хейли!

Втроем нам удалось удержать Хамфриса в постели. В конце концов игрок затих, но по-прежнему не спускал с Фабрина испуганных глаз.

– Вылечите меня, док! Вы же отрастили ногу тому калеке… Для вас мои шесть пуль – ерунда.

Фабрин пообещал сделать все возможное, и я отвел его в сторону. Услышав от меня, что произошло, доктор буквально полез на стену.

– Боже мой! Опять! – Он схватил меня за руку. – Не пишите об этом, Хейли! Мы поговорим, я объясню… Только это не должно попасть в прессу!

Не дожидаясь ответа, он выскочил в коридор, едва не сбив с ног Хиллмена, который ворвался в палату. Его лысый череп блестел от пота. Сельский корреспондент трясся от волнения. Он попытался остановить Фабрина, но доктор молча стряхнул его руку.

– Хейли! – воскликнул он, заметив меня. – Нэйсмит убежал, я не успел задержать его. Он внизу, идите скорее туда… А я догоню Фабрина!

Он помчался вслед за доктором. Я повернулся к медсестре:

– О чем это он? Какой еще Нэйсмит? – Но тут же вспомнил сам.

Тот физик, что снял больничный подвал для экспериментов и устроил взрыв!

– Идемте, я покажу, – ответила Джин, глянув на игрока, который лежал с закрытыми глазами и что-то шептал под нос. – Здесь все нормально.

Мы стали спускаться по лестнице обратно. Должно быть, лифты не работали. Ноги у меня уже гудели от беготни по этому сумасшедшему дому.

Под больницей раскинулся настоящий лабиринт еле освещенных коридоров, но медсестра, похоже, ориентировалась тут неплохо.

– Он пойдет к себе в лабораторию, – сказала она и оказалась права.

Впереди раздался треск дерева, и мы заметили высокого, тощего мужчину, который выбивал плечом дверь. Не успели мы подбежать, как она поддалась и Нэйсмит скрылся внутри. Переступив порог, я увидел, как он проскочил комнату, заставленную научной аппаратурой, распахнул другую дверь и захлопнул за собой. Подойдя вместе с Джин, я легонько нажал на дверную ручку.