Мы остановились, глядя сквозь решетку в комнату, которая оказалась не пустой. В углу тихо сидела прикованная к стене женщина в стильной смирительной рубашке. Женщина с круглым, как плошка, уродливым лицом землистого цвета, широко раскрытыми зелеными глазами и кривой полуулыбкой на губах. Рядом стояла лампа.

Я толкнул дверь, и она с легкостью открылась. Женщина глядела на нас без всякого любопытства.

– Вы пациентка? – неуверенно спросил я.

Она отряхнула смирительную рубашку, сбросила оковы и поднялась.

– О нет, – ответила она все с той же кривой застывшей улыбкой. – Я Рут Карта. Джед рассказал мне, что вы приехали.

Очевидно, сообразив, что нужны какие-то объяснения, она оглядела свою рубашку.

– Когда-то давно меня держали в этой лечебнице. Потом вылечили и отпустили. Только временами я по ней скучаю.

– Да-а, понимаю, – едко заметил я. – Так вампир каждое утро хочет вернуться в старую добрую землю.

Она замерла с пустыми, как зеленое стекло, глазами.

– Что рассказал вам Джед?

– Только местные сплетни, миссис Карта. Хотите выпить?

Я протянул ей бутылку.

– Какие сплетни? – Ее улыбка сделалась кислой. – А, нет, спасибо!

Похоже, это был тупик. Рути стояла перед нами с ничего не выражающими зелеными глазами и застывшей улыбкой. Запах плесени забил мне ноздри. Что дальше?

Розамунд первой нарушила молчание.

– Вы миссис Карта? – спросила она. – Как так вышло, что у вас та же фамилия, что и…

– Остынь, – тихо проговорил я. – То, что мы с тобой женаты, еще не означает, что все остальные тоже женаты.

Но Рут Карта, похоже, вовсе не обиделась.

– Джед – мой отец, а Лем – мой сын, – объяснила она. – Я была замужем за Эдди Картой, моим двоюродным братом. Но он давно умер. Поэтому меня и отправили в сумасшедший дом.

– Вас так потрясла его смерть? – предположил я.