– Ничего такого, что я не мог бы взять сам. – Куэйл кивнул в сторону настенного раздаточного автомата. – Через неделю-другую меня должны выпустить отсюда. Ты относился ко мне как к брату-христианину, но я буду рад вернуться домой. Меня ждет работа, с которой я справлюсь без проблем.

– Это хорошо. Хотел бы я улететь вместе с тобой. Но мне еще два года здесь торчать, если только я не уволюсь или не добьюсь перевода.

– У тебя тут уютно, как дома.

– Да уж! – поежился Крокетт.

Он поспешил уйти готовить чили, подкрепив силы мягким виски с дымным запахом. Если только он не бежит впереди паровоза… А что, если угнетающее воздействие до конца не исчезло? Что, если эта невыносимая депрессия вернется с прежней силой?

Крокетт выпил еще, и это помогло.

Да и вообще приободрило. Выпивка всегда поднимает настроение. За все время депрессии Крокетт ни разу не брал в рот спиртного. А теперь ему просто стало веселей, и, покончив с готовкой, он затянул песню мимо нот. Конечно, психическое излучение интеграторов не проверишь никаким прибором, и все же невозможно ошибиться в том, что убийственная атмосфера исчезла.

Радиоатомный мозг тоже выздоровел. Губительный эффект ментального выброса Бронсона потерял силу, индукция победила его. Три дня спустя самолет забрал Куэйла и отвез обратно в Южную Америку, а Форд остался выяснить кое-какие мелочи и провести последнюю проверку.

Атмосфера на станции полностью изменилась, стала светлей, дружелюбней, удобней для работы. Интеграторы больше не казались Крокетту чудовищными божествами в его персональном аду. Просто сверкающие, радующие глаз, как творения Бранкузи[61], очень полезные трубки с радиоатомным мозгом внутри, готовым добросовестно ответить на любой вопрос, который скормит ему Крокетт. Дела на станции шли гладко. А серое небо над полярной шапкой разразилось очистительной снежной бурей.

Крокет готовился к зиме. Запасся книгами, откопал альбом для эскизов, проверил акварельные краски и решил, что без труда продержится до весны. Станция per se[62] не вызывала у него никакой депрессии. Он выпил еще немного и отправился на обход.

Форд стоял перед интегратором и задумчиво его разглядывал. От предложенного виски с содовой он отказался:

– Нет, спасибо. Уверен, что с этой штуковиной теперь все в порядке. Депрессивные волны прекратились.

– Вам обязательно нужно выпить. Мы через такое прошли, брат. Эта дрянь успокоит вас, поможет расслабиться.

– Нет… мне еще нужно составить отчет. Интеграторы настолько совершенные логические устройства, что было бы очень жаль, если бы они вышли из строя. По счастью, этого не произошло. Теперь я доказал, что безумие можно излечить индукцией.