– Кто произнес имя тети Лукреции? – проворчала Беттина.

– Та ведьма! – хором вскричали сестры.

Когда тетя Лукреция позвонила в дверь, открыли ей не сразу. Но все-таки наконец открыли.

– О! – воскликнула Шарли, изобразив удивление. – Ты что-то забыла?

Тетя Лукреция помахала в воздухе бумажкой с таким видом, с каким, должно быть, Христофор Колумб демонстрировал золото истребленных им индейцев.

– Чек!

Все мысленно закатили глаза. О нем-то они и забыли…

– Не слишком ли рано? – заметила Шарли с едва уловимой язвительной ноткой. – Еще только двадцать пятое.

Юмор был для тети Лукреции чем-то вроде очень бедного родственника. Замечание Шарли она поняла буквально и широким жестом протянула чек.

– Вовсе нет. Держите, мои дорогие.

Шарли сложила чек и спрятала в карман, подумав, что надо, наверно, пригласить тетю выпить чего-нибудь горячего. Все-таки на улице холодно, идет снег, а она специально вернулась…

В ту же минуту Роберто увидел Делмера, а Делмер увидел Роберто, Ингрид же услышала шуршание в трубах.

Гортензия ненароком открыла дверь кухни. Обе кошки юркнули туда. Делмер бросился вдогонку. Тетя Лукреция взвизгнула.

– Делмер! Ах, не говорите мне, что в кухне никого нет!

Все сделали большие невинные глаза.

– Теперь там Делмер.

Тетя Лукреция снова выдала залп чихов. Девочки столпились вокруг.

– Не переживай. Мы о тебе позаботимся.

– Приготовим чай.

– Грог.