— Хорошо, я скажу тебе, что ты мог бы сделать, — опустив уголки рта, наконец заговорил он. — Заметь, у меня и на медный грош нет интереса ни к твоей Грейси Линдсей, ни к ее… ну, о ком я уже говорил. Но, Силы Небесные, меня просто злоба берет видеть, как ты выставляешь себя дураком, да, а может, и хуже, потому что в этом городе есть такие люди — Моват, Уолди и еще несколько человек, — которые из-за этого дела вонзили бы в тебя нож, глубоко-глубоко. — Хэй усмехнулся презрительно. — Потому-то я почти склонен протянуть тебе руку. — Теперь уже последовала театральная пауза, затем, подкрепившись кусочком лакрицы, Хэй продолжил: — Может быть, тебе не по уму покажется мой плавучий дом на озере, это, так сказать, в том случае, если у тебя вообще ум имеется. Ладно! Этот малый наполовину дохляк, судя по твоим собственным словам о смертной тяге к глотку свежего воздуха. Что до его милой мамаши, то, чем скорее она покинет Ливенфорд, тем здоровее будет для нее и для всех, кого это касается. Если бы ты знал некоего мистера Хармона так же хорошо, как я, то сумел бы постичь полный смысл моего замечания. Итак, я скажу тебе, что я для тебя устрою, глупый мой человечек: я дам тебе свой плавучий дом для малого с Грейси, и они смогут проводить там время вместе до тех пор, пока не будут готовы отправиться на новое грандиозное место, которое ты для них подыщешь.

Легкий вздох сорвался с губ Дэниела, когда он полностью уяснил себе замысел аптекаря. То, что Хэй сказал, конечно, правда: он бестолков, он не продумал ни детали, ни организацию всего. Он до смерти беспокоился из-за сложности ситуации, но никогда бы не додумался до средства столь великолепного, столь простого, как это. Да ведь оно решало все трудности разом.

— Дружище, — произнес он, мешая восхищение с признательностью, — это мастерский ход.

Хэй отмахнулся от благодарности Дэниела с таким видом, будто он превыше всех вздорных эмоций рода человеческого. Тем не менее он снизошел и даже, казалось, рад был в этакой барской манере разъяснить достоинства собственной идеи.

Так что через полчаса, когда Дэниел уходил, обоим друзьям все казалось простым и ясным. Пути Господа неисповедимы, когда творит Он чудеса свои. Кто, размышлял Дэниел, осмелился бы усомниться в руке Провидения в такой момент и в такой вечер? Слезы навернулись ему на глаза.

И тут, дошагав до Колледж-роу, он заметил, как впереди какая-то женщина, повернув за угол, поднялась на крыльцо дома № 3. Это была Грейси. Подавив в себе порыв окликнуть ее, Дэниел прибавил шагу и оказался у входа, как раз когда она уже закрывала дверь.