— Я нашел его!

Хэй изучал Дэниела, нацелив на него свой длинный нос.

— Как я и предполагал. Дружище, ты идеальный образчик хомо идиотикус. Мало тебе было бед из-за этой женщины, чтоб еще и о ее отродье хлопотать?

— Ты не должен так говорить! — горячо возразил Дэниел. — Скажу тебе, аптекарь, он произвел на меня сильное впечатление, этот ребенок. Он еще мелкота. А где он живет!.. Это же просто зловонная клоака. Не поверю, что он хоть раз в жизни видел зеленый луг или вдохнул чистый воздух. И все же он совсем не хнычет. Это… О, дружище, это чудо!

Хэй разразился смехом, который всегда раздражал Дэниела больше всего:

— Что за чушь ты несешь?

— Это святая истина. — Дэниел не сдавался. — Он необыкновенный мальчик. Семь лет от роду, а смотрит на все как мужчина. Ты бы видел, как он ухаживает за этой Ланг — в последнее время ей туговато приходилось — и за ее малышами. Он должен был иметь условия получше. Давным-давно должен был. Мы обязаны вытащить его оттуда. Это его единственный шанс.

— Да будет тебе! А когда ты его заполучишь, что станешь с ним делать?

— Ты разве не понимаешь, что от этого выиграют и мать, и сын? Грейси создаст ему дом. Можешь смеяться, но это будет ее спасением. Я подыщу ей местечко чуть подальше от Ливенфорда, где каждый оказался так недобр к ней. — Он замолчал, восстанавливая дыхание, потом продолжил: — Уверяю тебя, друг мой, что с Божьей помощью я непременно сведу мать с сыном еще до конца недели.

— Таковы твои планы, — скептически хмыкнул фармацевт. — А ты подумал, какие планы могут быть у этой замечательной молодой женщины?

— Я поищу ее. Она куда-то ушла.

— Неужели? Какое необычайное совпадение! Где же она?

— Откуда мне знать? — покраснев, резко ответил Дэниел.

— Безусловно. Откуда тебе знать? — Хэй громко расхохотался. — Правдивее этого ты слова в жизни не сказал. Откуда… ха-ха!.. откуда тебе знать?

Дэниел, казалось, был озадачен.

— Мой бедный друг, — вновь заговорил, не скрывая презрения, аптекарь. — Ты и впрямь жалкий идиот! Такой способ придумал, как все устроить! Представь, какое гнездо шершней ты разворошишь, какой скандал раздуешь в добродетельном городе Ливенфорде, где до сих пор ядовитым жужжанием отзываются на имя Грейси Линдсей. И ты предлагаешь привезти ее ублюдка сюда всем на показ? Ты хочешь, чтобы весь городок погнался за тобой и за Грейси?

Дэниел упрямо поджал губы:

— Я не могу больше оставлять его в той трущобе. Что же мне делать?

Повисло молчание. Фармацевт, полулежа в кресле, изучал каблучок своего шлепанца — тот почти отвалился — с умным видом делового человека.