— А как там Тавель? — Перевела Велирин разговор в более мирное русло.

— О: утром он отправился к себе: «расконсервировать дом и домового из буфера». Это его собственные слова.

— Один?! В лесу может быть неспокойно.

— Нет, не один. Готтар распорядился насчет охраны.

— Так значит и ты… скоро отбудешь? — Велирин погрустнела, но тут же оживилась. — Но пара дней для тебя, наверное, не очень много значат?..

— Много. Ты даже не представляешь, как много. Я знаю, куда ты клонишь! Уж конечно, свадьбу твою я ни за что не пропущу!

Велирин от радости кинула в Марину подушкой и едва увернулась от ответного броска, тут же ойкнув.

— Проклятый шов! Как он мне мешает! Я, по правде говоря, и заикнуться-то боялась о свадьбе. Я хочу попросить тебя проколоть мне палец.

Скворцова решила, что ослышалась, но торжественный тон принцессы сомнений не оставлял.

— Таков обряд. Невеста и жених выбирают свидетелей, на которых и возлагается почетное действо.

— Ох ты, у нас свадьба обходится без кровопролития! Мы просто надеваем друг другу кольца.

— Хм… А как же вы можете доказать, что кровь чиста? To есть, нет опасных хворей, которые могут распространяться с кровью?.. У нас будущим супругам прокалывают безымянный палец, затем они прикладывают ранки друг к другу и держат так какое-то время.

— Но зачем?!

— В знак полного доверия. Значит, наши помыслы чисты, как и наша кровь. Бывает, церемонию останавливают, если кровь не показалась при проколе или же слишком долго не сворачивается. Так что потренируйся.

— Да ты шутишь! — Ужаснулась девушка. — На ком?!

— Да любой с радостью согласится, когда узнает причину. Все тренируются заранее. Мало ли чего.

Марина с превеликим удовольствием отказалась бы от возложенной на нее миссии, но нельзя было обижать подругу, с которой столько вместе пережили. В конце концов, в роли свидетеля на такой экзотической свадьбе она еще не была.

На следующее утро принцесса, немного бледная, но твердо держащаяся в седле, вернулась в столицу в сопровождении свиты и гвардии. Народ высыпал на улицы, еще хранившие следы недавних беспорядков. Под копыта лошадей летели осенние цветы — георгины, астры, пестрые гвоздики.

Велирин улыбалась, и то и дело подымала руку в приветственном жесте, хотя была заметна физическая усталость. Ехавший справа барон с беспокойством поглядывал на нее, готовый подхватить в любую секунду. Охрана исподволь посматривала по сторонам, готовая к провокациям в полной мере. К счастью, ничего подобного не происходило.

Марина ощущала на себе любопытные взоры. Она сделала все, чтоб как можно меньше походить на тезку, но сходство, конечно же, бросалось в глаза. В толпе перешептывались. Девушка уже слегка пожалела, что подалась на уговоры Велирин и не поехала в город инкогнито, с прикрытым лицом. Впрочем, тревога была напрасной — никто не посмел бы и слова сказать.