— Я поговорю с ним! Хотя бы с ним для начала…

— Поговорить?! — Кэйдар скривил губы с отвращением. — И что ты хочешь услышать? Признание? Подробности? С этой тварью не разговаривать нужно! Какие разговоры тут могут быть?! Одна, вон, тоже вела разговоры… И что? И чем всё закончилось? Позором на всю Империю!!

— Да, конечно, я могу потребовать казни. — Лидас поднял глаза на Кэйдара. — Тогда поход в горы нам придётся отменить… Этот мараг… Попадётся ли нам ещё хоть один когда-нибудь?

Кэйдар неуверенно плечами пожал. Действительно, Лидасу сейчас даже посочувствовать впору. Вот он, предатель и преступник, а наказать не знаешь, как. Чёртов варвар! Даже теперь он, гад, будет жить. И это после всего-то?!

— Когда мы разведаем маршрут, можешь делать с ним, что угодно. Я предоставлю тебе такую радость. Всё, что хочешь!

Лидас никак не отреагировал на это обещание, обдумывал что-то другое, а потом вдруг спросил:

— А может, он принудил Айну? Заставлял её силой? Почему тогда она молчала?

— Она сама тебе ответит!

— Я знал, я чувствовал, что у неё есть кто-то. Она в последний год была сама не своя, и вела себя странно… Думал, это Адамас… Кто угодно, думал! Но чтобы Виэл?! Я доверял ему…

— Все рабы — народ трусливый и подлый! О каком доверии тут вообще может идти речь?

— А как же Айна? Уж она-то… — Бедняга Лидас, он был в полном отчаянии.

— Ты вправе требовать развода. На законном основании… Она моя сестра, конечно, но и так это дело оставлять тоже нельзя.

— Я всё узнаю сначала. Поговорю с ней… Добьюсь правды! А потом… потом… — не договорил, так и пошёл с кубком, но, спохватившись, вернулся, оставил его на столе.

Шёл по коридору, сам не зная, куда. Шёл, покуда ноги несли, вниз по лестницам, и опять по коридору. До тех пор, пока перед дверью в камеру не остановился. Ликсос был уже там, несмотря на столь ранний час, отдавал помощникам нужные распоряжения. А те притащили два ведра воды, деловито сновали по камере, заслоняя собой варвара. Первое ведро вылили марагу прямо на голову, так сам Ликсос приказал. Не помогло!

— Второе давай! И ещё несите!

— Не, хозяин, не кумекает… Может, сдох уже? — Тот, что ростом чуть повыше, звонко хлестал раба по лицу, пытался привести в чувство.

А Лидас оглядывался по сторонам, не очень-то вникая в то, что происходит. Сырые холодные стены из камня, грязный истоптанный пол, лужи воды, тёмная крошечная камера. И она была здесь?! Она — твоя милая, твоя прелестная Айна! — была здесь!!! Здесь, среди этой грязи и вони… Здесь, в камере пыток. Можно ли поверить в такое? При том, какой Лидас знал свою жену, он никогда бы в это не поверил. Она — и здесь?!! Добровольно? По собственной воле? В это невозможно поверить. Невозможно!