Так они встретились в приёмной с леди Финой Луаз. Той самой юной кокеткой, которой минуло уже пятнадцать, и которая славилась своим скандальным вкусом в одежде. Сейчас Валь и не узнала бы её. В сатиновом платье на пышном кринолине, вся струящаяся, нежно-голубая, как фея залитого солнцем моря, Фина полностью переоблачилась в тененску. Она глядела спокойно и невозмутимо, будто так и должно было быть.

Они узнали друг друга, хотя до этого никогда не общались дальше формальных приветствий.

– А, мисс придворная чародейка, – с присущей ей нескромностью улыбнулась леди Фина. Её чуть задранная губа всегда придавала задорный характер улыбке. Ей хотелось, кажется, чтобы даже казначейские гвардейцы не отрывали глаз от её открытым декольте прелестей. – Решили податься в банкиры?

– Отнюдь, – неловко ответила Валь. Она чувствовала себя громадной серой вороной рядом с этой игривой синичкой. – Я пришла нагадать им удачу экономических реформ.

– И как?

– Прискорбно. Созвездие Удачливой Змеи свернулось неприличным символом в ответ на наши запросы.

Фина поджала губы, будто готова была захихикать, но сдержалась. И спросила вполголоса:

– А мне погадаете? Наедине. Вот выйдем сейчас в замковый сад, и… это личное.

– По старой дружбе Луазов и Моррва – с удовольствием.

Они прошли мимо морской стражи с алебардами на входе, спустились по ступеням раздвоенного крыльца и вместе отправились по краю внутреннего двора к скульптурной арке, ведущей в небольшой парк. Тот самый, где был убит дворецкий Беласка. И где на склонённых яблонях и платанах остались отпечатки воспоминаний Вальпурги о её любимом короле.

Здесь они могли щебетать сколько угодно, и никто не придал бы этому значения. Кроме, разве что, резного истукана в виде головы Рендра, что видел в этом саду свадьбы, имянаречения и похороны.

– У меня очень важный вопрос, – Фина улыбалась легкомысленно, так, как и следовало бы при обсуждении девичьих секретов. – Тебя пригласили, чародейка, на Вечер Ехидны?

Вечером Ехидны издревле называлась тёмная дата в истории острова. Подобно змее, что является обвиться вокруг почившего товарища, дворяне собирались на такой вечер после печальных событий, когда погибло множество змеиных аристократов. Чёрная ехидна, змея из семейства аспидов, становилась символом единства и упрямого жизнелюбия. Полагалось и пить, и танцевать, и обещаться отомстить. Всё вместе.

– Даже если и пригласили, я не проверила почту перед тем, как спешно съехать, – поморщилась Валь. Меньше всего ей хотелось предстать на суд перед беспощадными ледяными взглядами лордов и леди. Но Фина ухватила её под руку и вдруг взмолилась: