– Лошадь мне, – приказал Адальг. – Помогите одеться.

Верховный командующий оторвал от глаз бинокль и повернулся к нему своими седыми бакенбардами.

– Ваше величество, вы ранены. Вы что, собираетесь…

– Да. Мы с Золотой гвардией Харцига пойдём к разлому в стенах. Солдаты должны видеть, что мы рядом. И кроме того, у меня ранено левое плечо, а не правое. Хотите сказать ещё что-нибудь?

– Будьте аккуратны. Не видно ни зги. Ни луны, ни звёзд…

Без лишних обсуждений Адальг облачился в помятые доспехи, запрыгнул на коня и заранее обнажил клинок. Новый скакун был не чета старому – постоянно вздрагивал и прядал ушами. Но зато королевская стража была всё та же. Прошедшие множество битв, гвардейцы безропотно сопровождали монарха в своей золочёной броне с множеством росчерков, и их алебарды горели, как факелы, отражая огонь. Быстрым маршем направились они к самому жаркому котлу сражения. И прибыть они должны были как раз примерно тогда же, когда и островные солдаты.

При виде того, как щитовики и копейщики эльсов заперли узкий проём меж обрушенных стен, Адальг взорвался ненавистью.

– Король идёт! Король идёт! – вскрикивали глашатаи.

– Король пришёл! – взревел Адальг и, подняв трясущейся от боли рукой свой щит, звонко постучал по нему мечом. – За мной, мои солдаты! Это конец войны! Здесь сидит мятежник, и мы наконец покончим с ним! И это будет победа короны – победа закона!

– Ур-ра-а-а! – зарокотали расчёты, десятки, сотни, фланги и передовые.

– За мной, мои воины!

– За короля!!

Адальг без колебаний развернул коня носом прямо в проём, ощерившийся копьями. И ударил шпорами. Скакун рванулся вперёд, Адальг поддал, затем выпрямил его морду прямо в блестящую сталью смерть. И на полном скаку влетел в непробиваемую стену чёрных эльсов. В последний момент, не желая погибать, жеребец взвился в воздух – он хотел перепрыгнуть. Но ни один конь не сумел бы такого; он налетел грудью на верхний уровень пик – и они пронзили его насквозь. Но не смогли остановить мощь его тяжеленной туши, которая обрушилась на головы защитников. И Адальг, ловко подобрав ноги, соскользнул в гущу вражеской толпы, где сумел лихо вскочить и распрямиться.

Он ничего не боялся. Там, в замке, его ждёт Эпонея. И он пойдёт за ней хоть один, прорезая себе дорогу через мятежников.

Оглушительный рёв рядовых из-за спины отразился от каждой пластины в броне. Брешь была пробита, и сквозь неё воины прорывались внутрь, как неминуемый потоп через разбитую плотину. Во главе этого наводнения был он, Адальг, который рубил и колол, и лихо отбивал щитом даже при больной руке, которую пришлось вправлять несколькими часами ранее. Он бросил все свои силы на то, чтобы прогрызть плотный строй оборонительных отрядов, и остановился, переводя дух, когда по обе стороны от него вновь встали верные золотые бойцы. Они загородили его собою, а он мог сквозь их алые плюмажи разглядеть, как внутрь прорываются тяжёлые рыцари Эдорты со змеиными стягами.