– Я всё равно останусь. Я помогу!

– Спасибо, – вздохнула Сиза, отбросила с лица длинные пряди тёмных волос и поспешила обратно в опочивальню. Валь бросилась за ней. Она преданно помогала ухаживать за Кеей: то просто сидела рядом и рассказывала ей всякую десятилетней давности чепуху про неподобающе красные платья, то обтирала её мокрыми полотенцами, то бегала за водой. Измученная леди Ориванз не могла выжать из себя ни одного слова. Она только смотрела иногда с подушек мокрыми от слёз глазами и будто спрашивала «Почему это так плохо?»

На исходе третьего часа, когда уже начало темнеть, Сиза и сама впала в отчаяние.

– Возможно, ребёнок обвился пуповиной или что-нибудь в этом роде, – шепнула она Вальпурге на ухо. – Нужно звать хирурга. Где лорд Оль-Одо?

– В Летнем замке или в госпитале.

– Приводи, – велела Сиза. И Валь, холодея от ужаса, на негнущихся ногах побежала обратно на улицу. Она прекрасно понимала, что чувствует Кея. Может, не полностью, но уж точно могла себе представить. По сравнению с этим любая война была детской забавой.

Себастиена не оказалось в госпитале. Он обнаружился в крыле алхимика, что-то жарко обсуждающий с только проснувшимся на закате Кристором.

– Лорд Оль-Одо! – позвала его Валь, вся взмыленная. – Леди Кее нужна ваша помощь!

– Что с ней случилось? – тут же насторожился Кристор. Со временем он стал сероватого цвета, белки его глаз жутковато потемнели, а язык заплетался об обострившиеся зубы. И почему-то хронически не приглаживалась торчащая седая прядь.

Себастиен тут же накинул на плещи плащ и поправил свой монокль.

– Подошёл срок её родов, мистер Эрмигун.

– Сиза говорит, ей плохо! – выдохнула Валь. – Давайте, живее!

– Тогда я с вами, – подскочил Кристор и тоже отбежал к крючку, с которого снял свою чёрную накидку. – Солнца уже нет. Поспешим!

Он замер, поняв, что и Себастиен, и Вальпурга глядят на него напряжённо.

– Не думаю, что вам стоит, – мягко сказал Себастиен. – Там много… крови.

Кристор подавленно вздохнул.

– Проклятье, – бросил он и повесил накидку обратно. – А ведь и правда. Но ведь я мог бы хоть чем попытаться помочь. Может из-за двери…

– Едва ли стоит рисковать своим разумом, – аккуратно сказала Валь. – Мы ценим ваш порыв, но лучше останьтесь.

– Хорошо. Но, если что, я всё равно к вашим услугам.

Они вернулись в пропитанный болью дом уже вдвоём. И там, когда лорд Оль-Одо достал большие хирургические ножницы, Валь вдруг поняла, что лишается чувств. Она схватилась за угол камина; а Сиза успела увидеть её позеленевшее лицо и выдворила её в коридор.