Или ответ про смерть будет слишком неправдоподобным… Скорее даже – вызывающим гнев. Вот это станет настоящей бедой,.

– Указательными пальцами коснитесь планшетки. Не давите на неё, просто дотроньтесь, – продолжала она, пытаясь сделать свой голос внушительным. В полумраке глаза вампиров сверкали ярко и хищно. В какой-то момент ей даже подумалось, что ей должно быть страшно вовсе не от своего вранья, а от такой компании. Как уморительно даже думать о таком! Но они, сев вокруг, выполнили её повеление. Она и сама приставила палец к полированной поверхности и передвинула планшетку ровно на центр деревянной доски.

– А теперь перестаньте на меня так по-волчьи глядеть и сосредоточьтесь, – продолжала она, зная, что дерзит, но теперь уже из образа выходить было бессмысленно. – Мы будем говорить с леди, островной леди, и это требует уважения и терпения.

– Мы все внимание, – прошелестел Экспиравит. И, глядя в его звериные очи, Валь почувствовала, что если её уличат в мошенничестве, её разорвут здесь же.

В горле пересохло, но Валь не давала слабину. Как всегда, она старалась держать спину и не ронять достоинство. «Вперёд!» Она повторила трижды:

– Дух леди Вальпурги Видира Моррва, явись!

Все трое таращились на доску. Незаметно дрогнуло плечо, и вместе с ним шевельнулась и планшетка. Ветерок удачно пошевелил волосы на их головах, будто кто-то вошёл в помещение. Валь напустила на себя впечатлённый, глубоко трепещущий вид.

– Ты здесь, Вальпурга? – прошептала она.

Не сорваться, не напрячься. Валь повела пальцем и перевела планшетку так, что та остановилась над словом «да». Главное было не поймать глаза ни одного из вампиров, иначе останется только умереть от страха.

– Пожалуйста, – убедительно заговорила она. – Ответь нам. Ты стала жертвой войны, которой не было бы, если бы Эпонея подчинилась клятве своих родителей. Теперь ты надо всем, ты знаешь всё. Скажи нам, где она?

Валь сделала глубокий вздох и отыграла характер своего псевдо-призрака – «нет». В глазах забегали мушки, отражаясь от графского перстня.

– Прошу тебя, – продолжала она умоляюще. – Если ты не поможешь нам, Змеиный Зуб будет ещё долго мучим войной. Клятвы должны исполняться. Ты это знаешь, Вальпурга. Пожалуйста!

Говорить, что Эпонея мертва? Или всё же нет? Кажется, нет. Вампиры не растроганы и не впечатлены. Они терпят только до тех пор, пока её представления могут принести им пользу. Но что тогда?

Плечо снова дрогнуло, и планшетка колыхнулась на одном месте, будто бы повторяя «нет».

– Просто назови одно слово, – нервно пробормотала Валь. – Просто скажи, где…