— С превеликим удовольствием, — тут же ответил Вэйрад.
Каюта госпожи Лорен выглядела весьма богато: позади стола, выполненного из дорогой на вид древесины, располагалось кресло, отделанное дорогой шкурой. Справа от двери находилась кровать, а слева — спуск вниз. Там, как сказала сама Керст, был склад ценных бумаг, книг, документов, заметок и тому подобного. В каюте висели две картины с золотыми рамками. На одной была изображена она сама, но в весьма провокационном виде, а на другом — военный сюжет, что впечатлил Леонеля.
— На полотне ты можешь видеть битву при реке Сао-Грей. Здесь впервые схлестнули свои клинки клан Верданц и северный народ. Примерно сто пятнадцатый год, — пояснила Лорен, заметив интересующийся взгляд Вэйрада.
— Занимательно. Я даже не знал, что такая битва была.
— Северяне сожгли упоминания об этом позоре. Да и множество других документов… картин… книг… рукописей… скульптур… которые напоминали королям об их провалах… — заговорила несколько замедленным и томным голосом Керст, подходя все ближе и ближе к Вэйраду.
В конце-концов они слились в страстном и жадном поцелуе, срывая одежду друг с друга. Лорен толкнула генерала прямо на кровать и запрыгнула верхом на него…
Порядка получаса слышался скрип кровати, раздающийся по всей палубе.
Адияль не замечал времени. Ему уже начинало нравиться внимание прохожих, которое ему оказывалось. Он всё чаще слушал местные разговоры и сплетни, интересовался местной культурой и рассматривал архитектуру.
И вновь он заметил на стенах домов листовки с приглашением на турнир на званием воина Лерилина.
Гуляя по городу, он забрёл на одну из главных улиц города — на торговый тракт. Здесь собрались все торговцы и купцы княжества и толпы народа, готовые раскупить весь товар, что только могут им предложить. Гул стоял неимоверный. Один говорит:
— Не стойте в куче!
Другой орёт:
— Ловите вора, тот сапоги украл!
Третий визжит:
— Меня сейчас придавит!
Четвертая кричит:
— Я там видела меховую куртку в три раза дешевле!
Пятая так и скулит:
— Обокрали сволочи! Три медных за тыкву!