– Что? – ахнула я от шока и неверия.

Кинжал вырвало из моей руки неведомой силой и бросило к каменным ногам Сигурн.

«Ко мне!», – громогласно прогремел в голове приказ.

Я зажмурилась от боли, схватившись за виски, и через мгновение обнаружила себя стоящей на коленях перед алтарём своей покровительницы. Из носа потекла кровь. Алые капли падали на светлую ткань плаща, а я изумлённо смотрела в постепенно потухающие глаза статуи. Сигурн заговорила со мной, чтобы сделать выбор за меня.

***

Несмотря на холод, царящий в храме, я заснула, кутаясь в плащ, и проспала до рассвета, пока меня осторожно не потрепали за плечо.

– Пора, бона, – голос стражника звучал мягко.

Или мне так показалось со сна из-за одиночества?

– Иду, – быстро растерев глаза, я поднялась, игнорируя слабость в затёкшем теле.

Утро после ненастного дня было тусклым. Небо только начало алеть на востоке. Ветер уносил прочь ленивые тучи. Ноги скользили на влажных дорожках. Вот будет смех, если моя жизнь оборвётся из-за сломанной по неосторожности шеи. Впрочем, даже боги вряд ли посмеются над столь нелепыми превратностями судьбы.

В покоях меня встречали служанки. Они успели подготовить ванну к моему приходу и суетились вокруг свадебного наряда. Я оценила его лишь мельком, скользнула грустным взглядом по аппетитному на вид завтраку и сразу направилась в купальню. Есть не рискну, пусть желудок и громко протестует. Горячая вода помогла согреться окоченевшим в неудобной позе мышцам. Накатила сонливость, которая лишь усилилась, когда меня начали облачать в одеяние невесты.

Хоть Андреас не отходил от традиций, никаких корсетов и пышных юбок. Поверх белоснежного нижнего платья надели нежно-алый сарафан, подпоясав его тонким ремешком. Волосы не стали собирать в косы, распустили, расчесав их до блеска. А на голову надели венок из весенних цветов: розовых и белых. В контраст прекрасному одеянию, лицо отливало синевой. Под глазами пролегли тёмные круги, а на скуле серел синяк. Служанки попытались исправить дело пудрой и румянами, но я лишь раздражённо оттолкнула от себя кисточки с косметикой.

– Хватит, – потребовала я.

– Но ведь ваше лицо, бона…

– Отражает последствия решений ярла. Нечего их скрывать.

Утомлённая их причитаниями, я прошла к сброшенным перед купанием вещам. После того как болас был надёжно прикреплён к поясу, стало чуточку спокойнее.

– Вы так ничего не поели, – заикнулась старшая из слуг.

– Если только каждое блюдо попробуете вы лично, – предложила я.

Женщина сначала посмотрела на меня удивлённо, потом поостереглась. Поняв, что большего от меня не добьются, слуги ушли. Только тогда я достала спрятанный с вечера стакан воды и напилась. Хоть что-то…