Тварь запрокинула морду, захрипела диким голосом, вскинула лапу для последнего решительного удара.

Настя видела эти смертоносные когти, падающие с бесконечной высоты, так отчётливо, словно при свете дня.

Проклятая полная луна!

Дэини зажмурилась, с ужасом ожидая, как сейчас эти когтищи вонзятся в её лицо, разорвут её горло, проткнут насквозь испуганно трепещущее сердце.

Но снова что-то случилось...

Мощный удар откинул оборотня, и Настя внезапно вздохнула полной грудью, распахнула глаза, попыталась вскочить, хоть ноги слушались плохо.

Северянин и Ворон встали живым щитом между Анастасией и злобной зверюгой. Кто-то из них могучим ударом отшвырнул псину аж в женский угол. Настя не видела, кто именно, но решила, что это был Кайл. Всё-таки атаман был слишком легковесным для такого могучего броска.

Прятавшаяся до этой поры под топчаном Данушка завизжала пронзительно и тонко, совершенно потеряв голову от близости жуткой твари. До сей поры про старую женщину, кажется, мало кто помнил. Эулина стремительно развернулась в её сторону, удивлённая, пожалуй, не меньше остальных. Надо ж было глупой бабе так неосторожно привлечь к себе внимание.

Возможно, волчиха и не стала бы нападать на побелевшую как полотно соседку – у неё сейчас были заботы поважнее: в виде двух обозлённых донельзя воинов. Но никто не стал дожидаться следующего шага волчихи.

Пользуясь секундой её замешательства, Кайл атаковал снова: ударил по горбатому хребту, срезая иглы шипов, вспарывая шкуру на рёбрах. Взревевшая бестия с разворота отшвырнула рыцаря к стене, скользнула в сторону Рыжей и атамана.

Эл, внезапно упав на одно колено, подсёк мускулистые лапы. Клыкастая пасть хищно щёлкнула челюстями у самого лица разбойника, но не дотянулась совсем немного.

Тварь споткнулась, повалилась неуклюже, безуспешно пытаясь собрать разъезжавшиеся перебитые лапы.

Настя, не теряя времени, ударила вертикально сверху – хотела перебить шею. Но тварь дёрнулась вперёд, стремясь ещё кого-нибудь на тот свет с собой прихватить, и Настин меч вошёл ей под лопатку.

Тоскливо и жалостно взревел огромный зверь, сражённый наконец-то Наиром.

Эл вскочил одним прыжком, занёс руку для последнего решающего удара.

И вдруг на глазах изумлённого атамана отвратительная серая тварь, облитая бледным лунным сиянием, начала стремительно преображаться. Это случилось почти молниеносно. Будто туманная дымка скользнула вдоль уродливого тела, корчащегося на полу, схлынула прочь, как тончайший шёлк…

И вот уже бледная обнажённая женщина подняла вверх измученное худое лицо, тёмные волосы растеклись по поникшим плечам.