Атаман присел рядом с женщиной, устало вытянув ноги, приобнял ту за плечи. Потом трижды громко постучал кулаком по полу – как-то хитро, по-особому, видно, давая знак затаившейся Альде.

Затем окинул взглядом всю свою застывшую в молчании компанию и изрёк, глядя на осторожно приподнявшуюся крышку погреба:

– Слышь, мать, с тебя баня… – Добавил после паузы: – И выпить!

Подумал и уточнил:

– Чего-нибудь покрепче…

***

Поутру в дом Данушки на краю Заринки собралась, кажется, вся деревня. Шум и гам стоял как на базаре. Оставалось только удивляться, где же была вся эта громкоголосая и суетливая толпа ночью, когда в ней так нуждались.

Впрочем, в тесном дворике собрались в основном бабы и ребятишки, а помощи от них в поединке с нечистью ждать было бессмысленно.

Слухи о ночной схватке с жуткими тварями и чудесном спасении заезжими рыцарями семейства эрры Данушки мгновенно облетели всю округу.

И теперь жители Заринки наперегонки спешили поглядеть на диковинное диво, так сказать, непосредственно на месте событий. Желание узреть коварную нечисть собственными глазами оказалось сильнее страха.

Да и чего уж теперь бояться, когда проклятая нечисть, сгубившая столько жизней, получила по заслугам и сама подохла.

Вот они – ночные твари, вселявшие ужас в бедных крестьян, свалены посреди грязного двора в одну кучу, словно груда старых полинялых шкур. Клыкастые морды и когти пугают и притягивают одновременно. Каждому хочется подойти поближе, ткнуть палкой и прикоснуться к холодной серой лапе, тут же испуганно отдёрнув руку.

Ещё ночью, чуть переведя дух после тяжкого боя, мужчины вытащили перебитых оборотней во двор, сложили солидных размеров холмик из поверженных врагов.

Вставшее над горизонтом солнышко осветило чудищ во всей красе, усиливая и без того яркое впечатление. Грозный пёс, учуяв трупный запах и разглядев жутких тварей, забился снова в конуру и не выходил оттуда весь день, лишь свирепо скалился, предостерегающе рычал и дрожал затравленно.

Поток ротозеев не иссякал ни на минуту. Бабы с любопытством пялились на заезжих гостей, улыбались, стреляли глазками, расхваливали храбрость героев, благодарили своих избавителей. А новоявленные герои, что валились с ног от усталости после бессонной ночи, вынуждены были принимать все эти дифирамбы и чествования.

Попытка слинять по-тихому закончилась неудачей. Бабы тотчас обступили усадьбу кольцом, не желая отпускать спасителей своих без должных воздаяний, принялись спорить, где лучше закатить пир – здесь, где всё и случилось, или в центре Заринки, где на небольшой площади, у Светлого места, обычно проводили все праздники.