Девушка часто-часто заморгала.

— Кровь?

Воображение тут же нарисовало залитый алым кабинет, ошметки плоти на книжных шкафах. Определенно, сегодня она не завтракает.

— На меня никто не нападал, успокойтесь! Альма тоже не явилась для финального разговора. Крови совсем немного, возле дивана и на столе, кажется.

Раян присел на корточки и, прищурившись, еще раз проверил, верно ли он отвесил мандрагору. После аккуратно добавил ее к бурлящему отвару трав и специй.

— Помешивайте! Непременно по часовой стрелке!

Он всучил оторопевшей Лике большую деревянную ложку и унес ненужные ингредиенты наверх.

— И кофе мне сварите. Крепкий, — донесся с лестницы его приглушенный голос.

Девушка покосилась на колдовское варево и задумалась, как можно делать два дела одновременно. В итоге с кофе решила повременить: зелье важнее. Воспользовавшись случаем, она пыталась разобрать его на компоненты, понять, чего добивался Раян. Тут не все на поверхности, имелся некий секретный ингредиент.

— Магия! — восхищенно прошептала она, на мгновение уловив пульсацию знакомой темной энергии.

— Странно, что она для вас до сих пор в новинку, — хмыкнул неслышно вернувшийся Раян. — Вы же учитесь в магической академии.

Он не спешил отбирать у нее ложку, одним глазом следил за успехами ученицы, пока молол себе кофе. Без него Раян не выживет. Он чувствовал себя немногим лучше Ларса, разве только не страдал от лихорадки. Голова раскалывалась — расплата за сутки без сна, рука под повязкой ныла. Ему пришлось пожертвовать своей кровью — иного выхода не было. Зато алхимическое питье возымело действие, трансформацию удалось купировать. Только вряд ли Ларс сможет сегодня предстать пред очами канцеляристов, придется идти одному.

— Все самому, вечно самому! — пробурчал Раян и ссыпал молотые зерна в джезву, добавил воды.

— О чем вы? — мгновенно откликнулась Лика. — Ночью мне показалось, будто я слышала крики. Что-то упало…

— Вам не показалось. Я совсем забыл, там не только кровь, но и чернила. А еще стекло от портретной рамки. Выбросите и ее тоже, вместе с рисунком.

— Магистр, вы наконец расскажете, что происходит? — нахмурилась девушка.

— Можно по имени — Раян. — Он водрузил джезву на плиту. — Я слишком устал для формальных зубодробительных обращений.

Сердце Лики затрепетало в груди. Он разрешил называть себя по имени!

— Но я не могу… — растерянно пробормотала она. — Это неправильно. Вы преподаватель…

— Я сейчас для тебя тоже преподаватель? — обернулся к ней Раян. — А целовала ты меня как магистра? Или как преподавателя? Может, и помогаешь исключительно как бывшему лорду?