– Мисс Арден, – сказал Олливан со своей самой очаровательной улыбкой. – Если эта трагедия действительно была вызвана злым умыслом какого-то чародея – а я должен напомнить вам, что у нас нет тому доказательств, – вы не хуже меня знаете, как с ними поступит мой дед.

Он наклонился ближе. Две другие дамы тоже наклонили головы ближе, хотя Каролина при этом слегка покачнулась.

– Но, между нами, если бы вы знали, что наказание для вас выберет Джупитус Фиск, вы бы рискнули нарушить Принципы?

Таддеа встретилась с ним заговорщическим взглядом. Олливан рассудил, что упоминание о кровавой репутации его деда было именно тем, что могло ее убедить, и он попал в точку. Правительница мастеров душ улыбнулась ему и обменялась взглядами с другими членами совета.

Олливан чувствовал, что его работа с Троицей закончена, но, прежде чем притаившиеся дружинники смогли увести его, чтобы поболтать со следующим полным беспокойных чувств важным гостем, рядом появилась Сибелла.

– Мисс Вэлланс-Кроу, мисс Арден, – сказала она, делая небольшой реверанс. – Мне жаль вас прерывать, но мистер Симс обещал мне танец.

– Я обещал?

– Да, именно.

Олливан, сохраняя нейтральное выражение лица, еще раз оглядел комнату. Его дед был увлечен разговором. Он ведь все равно собирался уйти? Да и как ей отказать?

– Вы извините меня? – сказал он, предлагая руку Сибелле и передавая свое шампанское официанту, которому он сделал жест оставаться рядом с Каролиной и ее бокалом.

Один танец. Они были коллегами. Ничего необычного. Никакого риска.

И вот Олливан вывел Сибеллу в центр зала, положил руку ей на талию и притянул к себе. Его сердце бешено застучало; он тысячу раз проклял себя за это.

– Не за что, – сказала Сибелла ему в подбородок. Он смотрел поверх ее макушки; картина небрежного, вежливого танца, не более того.

– За что я должен тебя благодарить?

– Спасаю тебя от этих женщин и от того лизания сапог, к которому тебя приговорил твой дед, – сказала она. – Ты простоял с ними больше часа.

Олливан рискнул взглянуть ей в лицо и был поражен тем, насколько знакомым может казаться россыпь веснушек с такого близкого расстояния. Астролог не мог знать ночное небо лучше, чем Олливан знал веснушки Сибеллы.

– Может, я наслаждался их обществом.

– Ах, да, меня тоже завораживают воображаемые токсины.

– Ты еще и подслушивала?

– Не будь слишком польщен, – сказала она. – Я проходила мимо. И, зная тебя – радуйся, что я утащила тебя прежде, чем твоя кровь закипела.