Светлый фон
Вы обе знаете, что нужно делать.

– Обещай мне, если ты уйдешь, это не будет бегством, – говорит Эстер.

Обещай мне, если ты уйдешь, это не будет бегством, говорит Эстер.

– Не бегство, – говоришь ты, поглаживая большим пальцем свой новый экземпляр. – Новая кожа.

Не бегство, говоришь ты, поглаживая большим пальцем свой новый экземпляр. Новая кожа.

Глава 40

Глава 40

Кто-то уже упаковал вещи Кассии.

Два сундука – единственное, что она взяла с собой из Зоопарка, – ждали в холле, готовые отправиться с ней во второе изгнание. Все было так же, как в тот день, когда она приехала сюда, пятнадцатилетняя и почти задыхающаяся от надежды. Неужели с тех пор у нее не появилось ничего нового? Несколько волшебных книг, которые ей больше не понадобятся, и несколько платьев, которые она предпочла бы не носить. Казалось, словно любые следы ее присутствия здесь были стерты.

– Экипаж будет здесь в назначенный час.

Кассия развернулась. Ее мать стояла в дверях гостиной, держа в пальцах стакан с какой-то жидкостью. Она не смотрела Кассии в глаза.

– Так говорит мне отец.

Она никогда не называла его отцом, по крайней мере, при своих детях. Обычно это было «твой дедушка» или «Верховный чародей». Взгляд у Аланы был водянистый, глаза пустые. Кассия почувствовала жгучий укол вины и понадеялась, что ее мать выглядела так из-за выпивки. Она порылась в памяти, подыскивая, что бы сказать.

– Ты ни в чем не виновата, – вот на чем она остановилась, чувствуя собственную слабость.

Алана улыбнулась, но это скорее походило на гримасу.

– Ты уверена, что не виновата?

Кассия вспомнила ночь, которая, казалось, была целую вечность назад, когда она задержалась за этой самой дверью и слушала, как семья обсуждает ее. Знала ли Алана, что Кассия была там? Знала ли она мотив, который подтолкнул дочь отвергнуть как помощь, так и ее одобрение?