– Нет, господин. У его брата было пять жилеток. А носил он всего две, и никто бы не счел его небрежно одетым. Волшебнику позволено все, что он пожелает.

«Да, если он достаточно силен, чтобы отстоять свои желания», – подумал я.

Не уверен, что лучше: неравенство по крови или по какой-то мифической для меня магии.

– Просто миледи, наверное, не очень хорошо разбирается в мужской моде Нуклия, но хотела, чтобы у вас был наряд на любой случай, – закончил Ори.

– Ага… – выдохнул я, рассматривая гардеробную. – А что-нибудь домашнее здесь есть? Не такое… жаркое?

На мне была шелковая сорочка и шерстяные брюки, в которых я покидал поместье принцессы. Как я уже говорил, на Острове царила зима, и теплые вещи были очень уместны. Сейчас я обливался во всем этом потом и чувствовал себя неимоверно грязным.

– Конечно, господин. Желаете переодеться сейчас? Только к вам скоро придет кто-нибудь из деканата – всех новых студентов здесь встречают.

– Правда? – Я оглядел ряды коробок.

Гардероб мы разобрали, остались еще книги, косметика в купальню и вещи самого Ори… А так- же кабинет с лабораторией. Шериада очень ответственно подошла к выполнению обещания обеспечить меня.

– Пожалуй, сначала я помогу тебе, – решил я.

– Господин, но…

Не слушая, я схватил ближайшую коробку.

– Эту куда?

Ори вздохнул:

– Господин, если вы настаиваете… Позвольте попросить вас разобрать книги. Некоторые из них не терпят руки обычного человека.

Я не замечал такого за книгами, но принялся раскладывать их.

В библиотеке – комнате сумрачной, но оттого даже более уютной, имелось пять пустых стеллажей – от пола до потолка. Я недоумевал: зачем так много? Впрочем, заполнялись они с головокружительной скоростью. Книги Шериада, наверное, тоже собирала сама, как и аптечку. Правда, подписи тут были куда банальнее: «Демонология», «Теория магии», «Практическая магия», «Схемы», «Целительство», «Травы», «Зелья» и так далее. Десятки книг в каждой коробке – в том числе и те, что я уже читал в поместье. Что ж, будет чем отвлечься, если станет скучно или плохо. Кто как горе топит, а я вот – в книге.

Потом дело дошло до лаборатории. Здесь имелось два черных стола: один пустой, другой был уставлен мензурками и колбами. На стенах висели открытые полки – отличное место для флаконов и баночек Шериады, тоже тщательно подписанных. Шкатулку «Редкие ингредиенты» я поставил на самый верх: вдруг это ценность? Так хоть в глаза бросаться не будет. В шкатулке оказались, например, слезы и кровь девственницы, а также рог единорога.

А вот высушенного громадного паука с мою ладонь величиной я понятия не имел, куда деть. Коробка у него была массивной, и ее крышка постоянно застревала. Может, поставить, как чучело, на свободный стол? Не оживет же это чудище в полнолуние?