Михаилу и Вячеславу оставалось только набраться терпения, наблюдать за работой других да слушать шелест бумаги и скрип пера.

— Закончили? — спросил Ромадановский, аккуратно пристраивая собственноручно исписанный лист рядом с картой, на которой расставлял крестики Андрей.

Тот лишь кивнул, подтверждая.

— Славно, — мурлыкнул князь и, обращаясь ко всем, предложил: — Взгляните! Ничего странного не замечаете?

Михаил хотел сказать, что в этой истории странно всё — от треклятого пари и до костей, несколько месяцев валяющихся неподалёку от его усадьбы, но посмотрел на разложенные на столе бумаги и осёкся.

Ромадановский сделал очень простую вещь. Он столбиком в хронологическом порядке перечислил всех жертв кошкодава с указанием примерных дат их смертей. Обнаруженные сегодня кости тоже фигурировали в списке на третьем месте. Интервал в основном был чуть меньше месяца, в паре-тройке мест он был больше — месяца два, но если учесть, что кости мужчины с медальоном прекрасно вписались в один из таких интервалов, то можно было предположить, что просто-напросто не все жертвы были найдены, и значит, интервал в условные три недели – месяц — это вполне себе тот ритм, в котором действует убийца. Выбивались в этом плане лишь две последние строчки. Котёнок княжны Невинской и Настасья — их смерти разделяли всего четыре дня.

Михаил перевёл взгляд на карту. Большая часть карандашных крестиков расположилась в области, лежащей между его домом и усадьбой Кречетовых, и лишь один, помечающий дом княгини, сиротливо маячил в стороне.

Глава 70. Учителя и уроки

Глава 70. Учителя и уроки

— Что случилось? — признавая свою беспомощность, спросила Аннушка брата. — Тема урока тебе неинтересна? Или я плохо рассказываю?

— Нормально, — меланхолично пожал плечами мальчишка.

— Что тогда? О чём ты думаешь?

— О расстегае с рыбой, — протянул Николенька, не отрывая взгляда от вереницы проплывающих за окном облаков.

— Ты не успел позавтракать? — со вздохом уточнила Аннушка.

— Успел, но утром рыбы не давали…

Аннушка возвела очи горе.

— С каких пор ты так по рыбе убиваешься? Кухарка и так расстаралась, твоих любимых ватрушек с лесной земляникой напекла.

— Петр Ростиславович сегодня к Старому омуту на рыбалку с утра ушёл…

— И? За чем дело стало? Собирайся и тоже иди. Хоть сейчас! Всё толку больше будет, чем в облаках на уроке витать. И я делом займусь. Полезным. А то мечу тут бисер перед…

— Перед кем? — подозрительно уточнил Николенька.