Михаил бежал, а в памяти мелькали картинки. Вот Орлов на балу ногу о кадку с цветами зашиб и, прихрамывая, мчится к выходу из зала. Что его подгоняло? Неловкость из-за поведения маменьки, или ритуал провести спешил?

Вот Петр Ростиславович мнется на пороге беседки, лепечет что-то о школе, книгах, своей забывчивости… Смущен. Стесняется своей рассеянности? А может, услышал часть разговора и испуган?

Или вот карта: родная усадьба, усадьба Кречетовых, меж ними крохотный клинышек Орловской усадьбы, а вокруг крестики жмутся, которыми Андрей места, где тела нашли, отметил.

Михаил бежал и корил себя за то, что не заподозрил мальчишку сразу. Турчилина заподозрил, а этого гаденыша — нет. Размер ноги мал? Со следом не совпадает? Что с того? Прав был Амос. Он идиот!

Бежать пришлось неожиданно долго, а может, это мгновения вдруг растянулись и стали длинными и вместительными. Они вместили в себя все страхи и опасения, все тревоги и сожаления. Они вместили всё. Поглотили и не заметили, остались такими же пустыми и равнодушными к суете, к бессмысленным человеческим потугам что-то изменить и переиначить.

Сараюшка вблизи оказалась довольно высоким крепким строением, что насмешливо и грозно нависало над незваным гостем. Михаил уткнулся ладонями в прохладные, шершавые бревенчатые стены и, не опасаясь занозить руки, пошёл вокруг шестиугольной башенки.

— Ты куда? — страшным шёпотом спросил Андрей, только сейчас сумевший догнать приятеля.

— Дверь, — коротко пояснил Михаил. — Темнотища. Вход найти не могу.

Андрей тотчас же присоединился к поискам, начав обход сруба в противоположном направлении. Встретились скоро. Длина каждой стены не превышала и пяти шагов. Двери не было. Окон тоже. По периметру всей башни, саженях в двух над головой, можно было угадать неширокий консольный выступ.

— Как этот гад внутрь попал? — глухо рыкнул Андрей. — Да и там ли он вообще?

Обернулись резко и не сговариваясь. Обоих обдало волной холодного ужаса. Ринувшись к сараю, забыли про сестёр Кречетовых, бросили их одних, в темноте. Анна Ивановна лишь направление указала. Кто знает, может, преступник и не в строении вовсе, а неподалёку, в обильно растущих кустах засел?

Невеликое поместье Орловых, клинышком в несколько десятин втиснувшееся между куда более обширными владениями соседей, ночью ощущалось бескрайним. Дом и мечущийся возле него огонёк свечи казались маленькими, игрушечными и необычайно далёкими. Голос продолжающей что-то выкрикивать Марии Гавриловны доносился слабыми порывами, разобрать, что кричала вдова, было невозможно.