Любовное фэнтезиЭхо Антеорастр 208
Светлый фон
Миэ, который должен был приземлиться после прыжка, вдруг ощутил, что теряет равновесие. Чересчур распалившись от предвкушения победы, он потерял ориентацию в пространстве и оказался слишком близко к краю постамента. Время словно растянулось: он все еще видел, как кувыркается медведь, стиснув многоглаза в смертоносных объятиях, но уже падал навзничь…

И не мог ничего поделать с этим.

И не мог ничего поделать с этим.

Хартис замолк и протяжно зевнул. Переварив услышанное, Лу подскочила на локтях и воскликнула:

Хартис замолк и протяжно зевнул. Переварив услышанное, Лу подскочила на локтях и воскликнула:

– Он упал?!

– Он упал?!

– Ага.

– Ага.

– И проиграл?!

– И проиграл?!

– Ну… Было бы красивее, если бы проиграл, а? Я имею в виду, для истории.

– Ну… Было бы красивее, если бы проиграл, а? Я имею в виду, для истории.

– С какой такой радости?

– С какой такой радости?

– Ну ты жаловалась, что в моих историях нет морали, а так бы она была.

– Ну ты жаловалась, что в моих историях нет морали, а так бы она была.

– И какая же?

– И какая же?

– Ну, что, как Пэт и сказала, поражение и победа – лишь стороны одной монеты. И что нельзя радоваться преждевременно. Как говорится, «не дели шкуру неубитого медведя»… Нет, вернее, вообще не убивай медведей и не сдирай с них шкур. Вот.