Она все еще не могла поверить своему счастью. Совсем недавно она сходила с ума и молила небеса, чтобы удалось хоть как-то связаться с господином и попросить его о помощи – и вот теперь тот стоял прямо перед ней, держал в своих руках, таких надежных, таких сильных. Странные и страшные события прошедших суток разом поблекли и отступили в тень.

– Ну чего такое, малыш? – заслышав сопение девчонки, ласково спросил Хартис, приподнимая и вглядываясь в ее лицо. – Что-то случилось?

Лу покачала головой. Она обязательно все расскажет, но не вот так сходу. Бха-Ти права – Хартис наверняка устал с дороги, а ей самой, по крайней мере, нужно было сперва выполнить обещанное и позаботиться о косматом рыжем скакуне.

Она направилась к мантикоре, которая, рассевшись посреди лужайки, самозабвенно вылизывалась по-кошачьи. Зрелище было странное.

– Надолго ты приехал? – спросила Лу, заметив, что Хартис пошел за ней по пятам вместо того, чтобы отправиться в дом отдыхать.

– По регламенту, отпуск полагается трехдневный.

– Следовало догадаться. Вы, шаоты, и правда помешаны на этой цифре.

– Пожалуй, – усмехнулся Хартис, но сразу посерьезнел. – Боюсь только, мне придется уехать раньше. Положение дел на фронте сейчас, откровенно говоря, не самое хорошее. Однако, пока я здесь, предлагаю не тратить время на дурацкие разговоры о войне, м?

– Как скажешь, господин. Как там поживает Нами?

– Передает тебе пламенный привет. Ей все лучше удается делать элементалей, но они еще слишком слабые для сражений. В остальном она славная и жизнерадостная, как и всегда. Недавно она подсказала какую-то полезную идею с реактивами и Кэлис повысил ее с «младшей чистильщицы пробирок» до «без одной минуты помощницы алхимика», так она ходила и вся сияла от счастья.

– Я пытаюсь гнать от себя эти мысли, но между ними происходит что-то, да? Что-то странное…

– Не исключено. Но я не вмешиваюсь в это, прости – и без того хватает забот. Я стараюсь следить за физической сохранностью Нами, но вот душевная вне моей власти.

Лу понимающе покачала головой, пробормотав под нос:

– Ох, дружище, во что же ты вляпалась…

Приблизившись к мантикоре, она осторожно погладила ее по боку и уточнила:

– Как ее зовут?

– Это самец. Его официальное имя слишком длинное и трудное, поэтому я зову его просто Лохматик. Гляди. Лохматик, лежать!

Зверюга послушно опустилась на траву, поджав лапы. Хартис легко распряг ремни, освобождая ее от ездовой амуниции и пары небольших котомок.

– Я отнесу это в дом. – Лу проворно сгребла вещи, но не успела сделать и шага, как Хартис схватил ее сзади за талию и игриво куснул за шею.