Но кто ж мог знать, что подобное могут сделать и люди?

Лу рассматривала странные картинки, вдыхала странные благовония и отвечала на странные вопросы. Она принимала странные позы, выполняла странные задания, пила странные отвары и клевала носом под неритмичные постукивания Аннелизы по затасканному кубкообразному барабану, с которым та не расставалась, наверное, даже во сне. Она терпела уколы десятков игл, ведь акупунктура была «уникальным способом достучаться до разума через тело». Она слушала заунывные нечленораздельные завывания на древнеарканском – Бха-Ти однажды сказала ей по секрету, морщась, что на их фоне ритуальные песнопения экзорцистов покажутся нежным романсом.

Среди всех народов лучшими знатоками обрядов, ритуалов и церемоний слыли арканы, а Аннелиза, по заверениям Вивис, была ходячим средоточием этих знаний. Знаний, которые должны были стать ключом к избавлению Лу от приступов, продолжавших мучать ее после выхода из коматоза.

Они случались с разной периодичностью. Бывали и спокойные дни, но обычно хотя бы пару раз в сутки Лу корчилась от боли, чувствуя в своих костях беспощадные, жгучие потоки песка. По некоторым признакам она научилась предугадывать их наступление и поначалу пыталась купировать боль заранее выпитым эликсиром, однако вскоре поняла, что лекарства лишь усугубляют и продлевают ее агонию. В конечном счете она просто старалась уединиться где-нибудь, чтобы переждать бурю вдали от чужих глаз.

Она мечтала, чтобы приступы прекратились. Но Аннелизе, призванной с этим ей помочь, не доверяла с самого начала. Лу бы сочла ее шарлатанкой, которая попросту высасывает из Миэрисов деньги, но Вивис определенно не позволила бы кому-то так легко себя обдурить.

– Если бы люмеры могли просто взять и исцелить тебя, то помощь Аннелизы нам бы не понадобилась, – твердила шаотка всякий раз, когда подопечная приставала к ней с расспросами. – Но ты знаешь и сама, что они не видят корня проблемы и считают, что ты абсолютно здорова.

Хотя Вивис прикрывалась благими намерениями, вскоре Лу начало казаться, что она темнит. После каждого сеанса они с Аннелизой подолгу шушукались, но девчонку держали в неведении. Вивис на все вопросы отмахивалась или отделывалась общими фразами, а Аннелиза предпочитала напускать туману, заявляя что-то в духе «когда придет время, ты сама все поймешь».

Время не приходило. Лу медленно сходила с ума.

Она думала, что сможет уговорить господина избавить ее от визитов знахарки, но эти надежды потерпели крах, когда один из приступов начался прямо во время астрального сеанса. Разговор, который должен был стать радостным и вселить в Хартиса уверенность в благополучии его возлюбленной, сработал с точностью до наоборот. После того, как на его глазах девчонка корчилась на полу в мучительных спазмах, Вивис не составило труда переманить сына на свою сторону, убедив его в том, что Лу очнулась только благодаря Аннелизе, и лишь та способна ей помочь.