После этой поездки уже в «Зеркальном Лабиринте», в одном из обширных и общих коридоров, он прошёл мимо как посторонний. Хотя она опять же учуяла, — не узнал искренне, в упор не заметил! Скользнул отсутствующим взглядом, как по горшку с декоративным и аляповатым растением, угнездившимся в одной из ниш. Она как раз рядом оказалась, с горшком этим. Она решила, что он слегка сдвинутый головой. А может, и серьёзно где-то и как-то повредился, если не придурок от рождения. Этим несчастным свойством можно было объяснить его скользящий как по пустоте взгляд, когда он внезапно перестал её узнавать. Случай в коридоре «Зеркального Лабиринта» не стал единственным. Во вторую поездку с ним в столицу, опять же навязанную начальником Ар-Сеном, подойдя к его машине, она натолкнулась на такой же пристальный взгляд прозрачных глаз, лишённый даже намёка на особое чувство к ней. Он как бы недоумённо вопрошал: «Ты кто? И почему я должен везти тебя куда-то»? Ей стало настолько стыдно, обидно, настолько не хотелось уже садиться к нему в машину, что она сделала попытку направиться в другую сторону, чтобы подождать общественную машину.

А этот сдвинутый мутант ещё и рыкнул, — Не танцуй на моих ногах!

— Разве я танцовщица? — нелепая фраза была произнесена от непомерного изумления, что тот, кто набился в женихи, не проявил никакого чувства к собственной невесте! — Сам же встал на дороге! Пустите!

— Прыгай в машину! — и даже подтолкнул её туда, как будто она неуклюжая старуха, не способная справиться без чужой помощи. Но ведь и Ар-Сен отличался заметными странностями, и вполне мог ни о чём не предупредить Руда-Ольфа, а всего лишь заметил его на площади, глянув в окно, и послал Иви, чтобы поторопилась с выполнением поручения.

— Ты, действительно, похожа на танцовщицу, — сказал он ей.

Иви обиженно отозвалась, — Спасибо, что особой девой не назвали.

— Я хотел лишь выразить своё восхищение, — но произнесено было как-то равнодушно, без тени восхищения. — Ты очень стройная.

— Вы тоже ничего себе, но я же не обозвала вас… например, мутантом… — с каким тайным злорадством она обозвала его!

— Почему мутантом? Я разве урод? — спросил он без всякой обиды.

Она хотела бы сказать: «Ты хуже урода. Они хоть душевностью бывают наделены», — но, конечно, не могла этого.

— Говорю же, ничего себе…

— Ничего это пустое место, отсутствие.

— Так ты и ведёшь себя так, будто отсутствуешь! — она поперхнулась, испугавшись, что перешла на близкую форму общения.

— Ничего. Я ещё дам тебе почувствовать своё присутствие, — ответил он. — Не торопи события, детка.