Но тут пыли не было абсолютно. Нигде. Даже боязно стало за свои успевшие запылиться туфли. Вдруг они оставят следы? Мерцающие пейзажи были расположены вдоль стен, — именно вдоль, а не на стенах, поскольку от стен они словно бы отделялись. А когда она их потрогала, они ощущались как плоские. Это было красиво. Виртуозная работа. Пол в холле тоже казался зеркальным, но отражая в себе синий потолок, он не отражал её саму!

— Вы кто? — спросил её вдруг чей-то молодой мужской голос, и, онемев от страха, она увидела непонятно откуда выросшего перед нею высокого и незнакомого парня в обычной вполне одежде, даже неряшливой отчасти. Рубашка мятая, болтается не по росту, а штаны другого цвета, чего никогда не позволит себе истинный аристократ, да и любой более или менее состоятельный простолюдин, исключая совсем уж нищих и опустившихся. Хотя ткань была дорогая, тонкая, охлаждающая в жару. Это-то она рассмотрела, а уж фасон — точно с чужого плеча. Он протянул руку и непостижимо ловко вытащил из её зажатой ладони так же непостижимо запищавший вдруг браслет Ар-Сена.

— Откуда он у вас? — комично сурово спросил смешной и долговязый неряха. На вид они были ровесниками, и Ола пренебрежительно толкнула его, — Верни чужую вещь! Ты сам-то кто?

Парень даже не шелохнулся от её толчка. — Арсений Тимурович, — произнёс он, приблизив браслет к губам, — почему ваш браслет оказался в доступе для неизвестной девушки, которая шныряет по пропускному пункту закрытого объекта? — Ответом ему было молчание. Тем ни менее он отвечал, как будто этот ответ был. — Неважно, что он наземного пользования, и что она не умеет пользоваться машинами. Он открывает доступ в закрытую зону. А? — и опять затяжное молчание. — Она ваша секретарь? И что? Я обязан доложить о нарушении ГОРу, — он опять надолго замолчал, глядя перед собой и словно не видя Олу, хотя цепко держал её за руку. — А я вам не подчиняюсь. У меня своя инструкция по имени грозный Венд, так что вы знаете, куда прийти за своей вещью.

— Не смей меня держать своими грязными руками! — закричала Ола, — ты не смеешь и приближаться ко мне, а ты хватаешь! Нищий грубиян! Бесформенная грязнуля!

— Разве я грязный? — и он засмеялся вместо того, чтобы обидеться, сверкая слишком уж идеальными зубами, — и разве я вам нагрубил? Я просто исполняю свои обязанности, поскольку я дежурный на секретном объекте. И обязан вежливо, предельно вежливо удалить вас за стены этого помещения. Что я и сделаю, уж позвольте мне это, скандальная девушка. — И парень неодолимо сильно потянул её за собой, почти понёс, поскольку она не пожелала сделать и шага.