– А что скажешь ты, благородный принц? – усмехается Леодегранс, но Артур не может ответить.

Он все еще таращится на Моргану с помесью ужаса и восхищения.

– Ему необязательно что-то говорить. – Моргана не отрывает взгляда от короля. – Он проживет до завтра, и этого достаточно. Так что, король Леодегранс, договоримся или ты хочешь проверить мою волю?

Они смеривают друг друга взглядами, а потом Леодегранс отводит глаза.

– Каковы условия? – вопрошает он.

– Твоя голова, – не раздумывая, называет Моргана. – Наша безопасность. Союз, за которым мы приехали, и один из наших людей на твоем троне, чтобы удостовериться, что союз этот сохранится. Не менее.

– Высокие запросы…

– Придется платить высокую цену, если ты откажешь, – отвечает Моргана.

Леодегранс обдумывает ее предложение, сжав губы и не отрывая взгляда от луны в ее руках.

– Гвен. – Он смотрит на свою дочь, и голос его смягчается. – Принеси меч и сделай все быстро.

Гвен в ужасе распахивает глаза.

– Нет. Я… Я не могу…

– Ты можешь. И ты это сделаешь! – рявкает он. – Луна должна оставаться на небе. И если ее туда не вернуть, скоро она превратится в ничто.

Гвен подходит к нему мелкими, неуверенными шажками. Она огибает Артура, тот протягивает ей меч, и она берет его, не поднимая на него взгляда. Гвиневра останавливается рядом со своим отцом, и ее руки дрожат, а потом она поднимает меч Артура.

Леодегранс что-то шепчет ей, и она кивает, а потом перерезает ему горло

Без луны все лионессцы обрели человеческую форму, но, когда кровь короля Леодегранса обагряет землю, весь его двор воет. И этот вой забирается под самую кожу.

33

33

Часть меня беспокоится: если Моргана вернет луну на небо, у нас не будет гарантии на все данные королем обещания. Как удержать лионессцев от того, чтобы они не разорвали нас в клочья? Мы не успеем даже закричать.

Но они этого не делают. И я понимаю почему, лишь когда мы с Артуром, Морганой и Ланселотом возвращаемся в наши комнаты. Они нас боятся. Всех нас, но особенно Моргану. Ведь она может и повторить то, что уже проделала раз. В любой момент. Они бесстрашны, но Моргану… Моргану они боятся. И не только они.