– Заткнись, – сказала она, сама того не желая. – Заткнись.

Напротив нее энергия Уайтхолла заметно изменилась, перейдя от разочарования к любопытству, его глаза засияли.

– Оно говорит с тобой, – сказал он. – Не так ли?

Она зажала рот. Ей потребовались все силы, чтобы не закричать. Не закричать так, как кричали мертвецы, корчась на слезниках.

– Мисс Майерс-Петров. – Уайтхолл пододвинул свой стул ближе. – Мы, вы и я, находимся на грани власти над смертью. Я прошу вас оказать мне любезность. Что оно говорит?

«Скажи ему, – прошелестел голос, – мы говорим: “Сдохни, старая свинья”».

Она прикусила язык. Она заставила голос замолчать. Она заставила слезы высохнуть. Горло охрипло, она спросила:

– Чего вы хотите? Из всего этого.

В плоских линзах очков Уайтхолла ярко вспыхнуло пламя. На мгновение он выглядел невыносимо печальным.

– Я хочу вернуть свою жену, – сказал он.

– Ваша жена мертва. – Ей было все равно, что это было жестоко. Это была правда.

– В этом мире, – согласился Уайтхолл. – Не в других. И пока она есть во всех других мирах, есть шанс. Теперь есть причина, по которой вы не иссохли под нагрузкой игры в хозяина. Мы собираемся выяснить почему.

В груди у Делейн защемило. Было трудно дышать. Веревки до крови натерли ей запястья. Монеты впивались в кожу. Как могла, она зачерпнула пенни в руку и спрятала подальше от его глаз.

– Скажите мне, – приказал Уайтхолл, – что говорит это существо, когда обращается к вам.

Она не успела сформулировать ответ. В один момент свечи потухли. Что-то разбилось о камень. В наступившей темноте мертвецы облепили ее, как мухи. Она слышала их жужжание между своими ушами, их крики накладывались друг на друга и казались непонятными. Сжатый и пронзительный, звонкий свист проникал в ее череп.

А затем, под ним, смех, похожий на хруст бумаги.